Русь Великая

lsvsx


Всё совершенно иначе!

Истина где-то посередине. Так давайте подгребать к ней не теряя достоинства.


Previous Entry Share Next Entry
Смута: Василий Шуйский и мятежники. Ч — 2-я
Русь Великая
lsvsx

Ч — 1-я

Царское войско пришло в замешательство, чем и воспользовались мятежники. Они сильным ударом смяли расстроенные ряды царских ратников и обратили их в бегство. Большая часть царского войска устремилась к Москве.Часть разошлась по домам. Около 5 тысяч ратников во главе с Т.Сеитовым поначалу засели в Волхове, по затем сдались Лжедмитрию II, присягнули ему и выступили с ним к Калуге. Москву объял страх. Многие уже стали думать, что первый само-званец действительно спасся и теперь может казнить их за убийство поляков в Москве. Нашлись и такие, которые стали думать, как перейти на сторону мятежников, не гнушаясь выдачей своих господ и царских слуг.

Однако В.Шуйский развернул бурную деятельность по сбору нового войска, которое удалось быстро организовать. В него влилась и рать Т.Сеитова, которая шла отдельно от главных сил мятежников и под Москвой перешла на сторону царского войска. Новое войско было поручено И.Романову. Вторым воеводой был назначен князь М.Скопин-Шуйскнй. Их помощники, воеводы Катырев, Трубецкой, Троекуров, полагая, что пришёл конец Шуйским, думали предательством обелить себя в глазах нового самозванца, стали подбивать дворян и боярских детей к измене. Их действия стали известны царю. В.Шуйский велел схватить их и доставить в Москву. Там их пытали и уличили в измене, затем сослали Катырева в Сибирь, Трубецкого в Тотьму, Троекурова в Нижний Новгород. Менее знатных изменников Желябовского и Невтева казнили.

Войско стало между Москвой и Калугой на реке Незнани. Но Лжедмитрий II обошёл его севернее и устремился по волоколамской дороге к Тушино. Царь распорядился отвести войско к Москве для её защиты. Новый самозванец овладел с.Тушино и начал рассылать грамоты, чтобы подбить жителей Москвы к восстанию, но царское войско перекрыло дороги с западной стороны, и грамоты в Москву не попадали. Были кровопролитные столкновения, которые однако не дали перевеса ни той, ни другой стороне. Войско мятежников насчитывало около 75 тысяч человек. Подавляющая их часть была плохо вооружена и обучена. Только около 15 тысяч поляков и казаков представляли из себя серьёзную боевую силу. Царское войско насчитывало около 80 тысяч человек и имело множество пушек. Причём все войско было хорошо вооружено и находилось под прикрытием городских стен.

Но дух этого войска, изначально слабый, постепенно становился всё слабее и слабее. Его могла спасти активность и решительность действий, но их как раз и не было, что развязало самозванцу руки. Он попытался отрезать Москву от северных городов и областей, заняв село Тайнинское. Однако сам оказался отрезанным от украин-ных городов и областей, так как царское войско заняло калужскую дорогу и прервало его сообщение с городами и областями юго-запада России. Поняв свою ошибку, он отбил Тушино. Между реками Москвой и Всходней, у волоколамской дороги, избрал выгодное место для стана и укрепил его валом с глубокими рвами.

Главные силы царского войска встали между Тушиным и Москвою, на Ходынке. За ними на Пресне встал царь со своим двором, царской дружиной и засадным полком. При этом рассчитывали, что новый самозванец также потерпит поражение, как Болотников, поэтому царь вступил в переговоры, совершенно не думая о решительных действиях. Этим он предоставил новому самозванцу возможность для того, чтобы укрепиться и расширить сферу своего влияния. Царь, вступив в переговоры с поляками, надеялся таким путём отвратить их от нового самозванца и пошёл даже на то, чтобы освободить польских пленников. По этому поводу заключили договор 25 июля 1609 года.

Во время переговоров польские послы свободно ездили в Москву и из Москвы, всё выведывали и высматривали. Царское войско, узнав о переговорах и предстоящем заключении мирного договора с поляками, утратило бдительность и несло службу кое-как. Гетман мятежников Рожинский, видя такую беспечность, с поляками и казаками внезапно ударил на ходынский стан, захватил обоз и пушки, рубил и гнал сонных, почти безоружных, объятых ужасом московских ратников до Пресни. Здесь поляков и казаков встретили высланные царем его дружина (рать) и засадный полк. Значительное численное превосходство было на стороне царского войска, поляки и казаки были оттеснены и отошли к Ходынке.

Этот случай показал, что поляки, заключив договор, не собирались прекращать войны. Идя на переговоры, они преследовали только одну цель - дать возможность выехать из Москвы Ю.Мнишеку, Марине и польским послам. Тем временем численность поляков увеличилась ещё на 7 тысяч человек. Эту рать привёл усвятский староста Я.Сапега, который по прибытии предложил взять Москву приступом. Но гетман Рожинский не согласился с ним, подобно В.Шуйскому, он вступил в переговоры с некоторыми московскими боярами и князьями, надеясь на предательство и восстание в Москве против В.Шуйского.

Оба они, и В.Шуйский, и Рожинский, абсолютно неверно оценивали ситуацию, полагаясь в основном на vertex переговоров. Любые переговоры в таких случаях только тогда дают положительный результат, когда они подкреплены активными и успешными действиями войск.

Здесь, конечно, нужно признать, что Рожииского на этот путь толкала слабость войска мятежников. Рассчитывать на успех присту-па после отбитого царским войском внезапного удара он не мог. И зто было правильно. Но в то же время он не предложил сколько-нибудь продуманного плана действий мятежников, продолжал удерживать главные их силы у Москвы. В результате, действия поляков и российских мятежников оказались слабо согласованными и сумбурными. То есть, гетман Рожинский оказался плохим стратегом.

Сторонники активных действий Сапега и Лисовский со своими ратями и примкнувшими к ним российскими мятежниками вышли из тушинского стана и начали действовать на свой страх и риск. Сапега с 15-тысячной ратью двинулся к Троице-Сергиевской лавре, а Лисовский к Коломне. Так предводители поляков и мятежников допустили стратегический просчёт. Вместо того, чтобы все силы бросить на организацию плотной блокады Москвы и расширение сферы влияния мятежников севернее и восточнее её, начали сумбурные действия слабыми силами на различных направлениях. Лисовский объединил свою рать с тульскими и рязанскими мятежниками, собрал до 30 тысяч человек, взял Коломну и двинулся к Москве.

Царь выслал из Москвы рать Куракина и Лыкова. Они на берегах Москвы-реки, в Медвежьем бору, разбили слабо организованное и шедшее без охранения войско Лисовского. Последний с дружинами польских всадников бежал в Тушино. Царские воеводы И.Бутурлин и Глебов вновь заняли Коломну.

Второе 30-тысячное войско, возглавляемое князьями И.Шуйским и Г. Ромодановским, царь направил против Сапе-гн. Это войско настигло поляков между сёлами Здвнженским. и Рахман-цоным. Сапега развернул часть своей рати с пушками и дважды пытался опрокинуть царское войско, но оба раза потерпел неудачу, потерял пушки и был ранен в лицо. Однако не растерялся и не побежал. Он развернул всю свою рать и дружно ударил по царскому войску, которое смешалось и побежало. Поляки и российские мятежники преследовали бегущих 15 верст, взяли 20 знамён, все пушки и .множество пленников. Царские воеводы бежали в Москву, а ратники разбрелись по домам.

В это время польские паны Зборовский ч Стадтщкий со своими дружинами напали на московский отряд, сопровождавший Ю.Мнп-шека, Марину и польских послов. Отряд не принял боя и разбежался. Воевода отряда Долгорукий ускакал в Москву. Марина была доставлена в тушинский стан, где 1 сентября 1609 года признала нового самозванца своим мужем, о чём стало широко известно в Москве и всей остальной России. Положение царя В.Шуйского резко осложни-лось, а положение противников усилилось. К Лжедмитрию II перебежали князья Трубецкой, Черкасский, Сицкий, Засекпны, Бутурлин, дьяки Граматин, Третьяков и другие. Перешёл на его сторону и сподвижник первого самозванца князь В.Рубец-Мосальский.

Колеблющиеся, не надеясь более на царя, разъехались по домам. Видя начавшиеся измены и ежедневное уменьшение войска, царь решил прибегнуть к помощи шведов, которые добинались союза с Россией против Польши. Он направил к шведам князя М.Скопина-Щуй-ского, чтобы получить от них помощь и удержать трон. Стало расти число перевертышей, которые брали деньги из царской казны, а потом ехали к самозванцу и брали деньги у него. Всё колебалось в среде москвичей и царских ратников. Но ещё не наступил момент полного распада, и Москва держалась, хотя и слабела день ото дня- В эту пору всеобщей шаткости, измен и предательства появились образцы истинного мужества и стойкости. Сапега, Лисонский, К.Вишиевец-кий, Тышкевичи и другие знатные польские паны с 30-тысячным войском 23 сентября 1609 года осадили Троице-Сергиеву лавру. Осажденных возглавляли воеводы Г. Долгорукий п А.Голохвастов. Как ни пытались поляки и мятежники взять лавру, им это не удалось осуществить. До 9 мая 1610 года в лавре погибло 2 125 ратников и 797 монахов. Здесь Сапега потерял большую часть своего войска. После первых неудач oi него ушёл Лисовский й другие польские паны. Сапега, будучи талантливым тактическим начальником, был слабым стратегом. Упорствовал там, где этого не нужно было делать.

Через некоторое время Лжедмитрий II и гетман Рожинский, увидев бесполезность осады лавры, поняли свою ошибку. Ведя переговоры с изменниками и находя новых, они решили не ограничиваться Москвой и разослали отряды к северным городам России в надежде переманить их на свою сторону. Первым на сторону нового самозванца перешёл Суздаль, затем Переславль-Залесский. Потом мятежники взяли Ростов, где митрополитом был Ф.Романов (Филарет). Здесь сопротивление им оказал небольшой отряд ратников. Воинов перебили, а Филарета доставили в тушинский стан, где он стал центром притяжения противников В.Шуйского. После взятия Ростова города стали сдаваться один за другим. Вскоре сдались Владимир, Углич, Кострома, Галич, Вологда и другие.

Только Шуя и Кинешма, наследственные владения цари, оказали сопротивление и были взяты и разорены Лисовским. Взята была Тверь, её просто некому было защищать. Отряд лёгкой конницы Сапеги добрался даже до отдалённого Белозёрска, где освободил Г.Шаховского, ставшего новым усердным сподвижником Лжедмитрия II. Сдался Ярославль и обещал выставить тысячу всадников и выделить 30 тыс. рублей новому самозванцу. Сдался Псков. Воеводу П.Шереметева со многими знатными жителями схватили. Вначале их заточили в темницу, а затем умертвили. Мятежники грабили и убивали ire-винных и славили тушинского царя. Так было тогда по всей России.

Свидетель тогдашних ужасов Авраамин Палицын записал: «Рос сию терзали свои более, нежели иноплеменные: путеводителями, наставниками и хранителями ляхов были наши изменники, первые и последние в кровавых сечах: ляхи, с оружием в руках только смотрели и смеялись безумному междоусобию». Верность В.Шуйскому, кроме Москвы, хранили Коломна, Переслав ль-Рязанский, Смоленск, Нижний Новгород, Саратов, Казань и сибирские города. На сторону нового самозванца перешёл даже кайсак Уразмахмет и ногайский князь Арслан Урусов.

Польский король Сигизмунд III, наблюдавший за событиями в России и опасавшийся, что В.Шуйский пригласит в страну шведов, решил действовать более активно. Тем более в России появилась партия, которая вместо нового самозванца желала пригласить на московский трон сына Сигизмунда Ш Владислава. Польский король собрал сейм и добился одобрения войны с Россией и даже не оповестил об этом Лжедмитрия П. В июне месяце он выехал из Кракова к войску и после недолгих размышлений повёл его к Смоленску по совету канц-лера Льва Сапеги и бывшего посла пана Госевского, которые уверили польского короля, что Смоленск желает ему сдаться.

По мере того, как мятеж охватывал Россию и мятежники захватывали власть, у населения стало меняться отношение к ним Насилия, грабежи, убийства добропорядочных граждан сделали своё дело. Первыми начали сопротивляться земледельцы. Они уходили в леса, прятали хлеб и скот, нападали на мелкие отряды мятежников. По мере изменения общественного мнения и нарастания сопротивления появились и способные воеводы, проявившие своё умение на ноле брани. Первыми отличились царские воеводы князь Прозоровский и Сукин, которые разбили рать пана Хмелевского. Часть его людей бежала во Владимир. Через некоторое время там собралась многочисленная рать, которая двинулась к Коломне.

На этот раз честь защиты Коломны досталась ноеводс князю Дмитрию Михайловичу Пожарскому. Он вёл свой род от Всеволода III и князей Стародубских. Царедворец без чина во времена Б.Годунова, был стольником во времена первого самозванца, стал сторонником В.Шуйского и верно ему служил. Князь Д.Пожарский со своей ратью выступил навстречу мятежникам и в 30 верстах от Калуги, в селе Высоцком, устроил засаду. Когда подошли неорганизованные толпы мятежников, он внезапно ударил всеми силами. Мятежники, охваченные паникой, бросились бежать, практически не оказывая со-противления, Поэтому победа досталась ему малыми потерями. Его рать захватила много пленников, обоз и богатую казну.

В это время мятежные черемисы, мордва, россияне и ляхи во главе с воеводой князем Вяземским осаждали Нижний Новгород. Его жители оказали сильное сопротивление. Видя неорганизованность мятежников, они совершили успешную вылазку, разбили неприятеля и взяли в плен князя Вяземского, которого повесили как изменника. Но на этом они не остановились. Зная, что боярин Ф.Шереметев по велению царя оставил свой стан у Астрахани и идёт вверх по Волге, смиряя мятежников, нижегородцы вышли из города, взяли Ба-лахну и другие волжские города, подчинили их жителей царской власти. Под их влиянием восстали жители Юрьевца, Гороховца, Луха, Решмы, Холуя. Под предводительством сотника Красного, мещан Кувшшпшкова, Нагавицыпа, Денгина и крестьянина Лапши они разбили мятежников в Лухе и селе Дунилове. Возглавлявший мятежников Ф.Плещеев бежал с остатками своих отрядов к Лисовскому в Суздаль.

В это же время поднялись жители северо-восточной России. Там возглавляли восстание Пётр Строганов и немец Даниил Эйлоф. Первый удержал Соль-Вычегодскую и распространил царскую власть на другие пермские и казанские города. Второй поднял восстание в северных городах: Устюге, Вологде, Костроме и Ярославле, чем встревожил Сапегу и Лжедмитрия II и отвлёк значительную часть их сил против себя. Паны Тышкевич и Лисовский со своими ратями выступили против северян, сожгли предместье Ярославля, Юрьевец и Ки-нешму. Князь Г.Шаховский и пан Зборовский сожгли Старицу. Полякам и мятежникам удалось убить несколько тысяч северян.

Но они продолжали сопротивляться в городах, в селениях строили остроги, в лесах засеки, нападали на мелкие отряды и уничтожали их. Схватили и казнили воевод мятежников Застолпского, Нащокина, пана Мартиаса, немца Шмита. Вести об успехах россиян в борьбе с поляками и мятежниками всё чаще стали доходить до Москвы. В.Шуйский писал к северянам, чтобы они шли к Ярославлю, затем на соединение с Ф.Шереметевым и вместе с ним на Москву. Царь не понимал, что осуществить его план северяне не могут, так как силы поляков и мятежников ещё были значительными, а умения у сторонников царя явно не хватало.

Однако писать такие письма царя заставляли обстоятельства, так как Москва уже стала центром козней и жила в преддверии мятежа, который 17 февраля 1610 года подняли царедворец князь Р.Гагарин, воевода Г.Сунбулов (прощённый изменник) и дворянин Т.Грязной. Внезапно случилась тревога. Заговорщики созвали граждан на лобное место, силой привели туда патриарха Гермогена. Позвали всех думных бояр и предложили им сместить с престола В.Шуйского. При этом утверждали, что он избирался не всей Россией, а только своими угодниками и тем возбудил мятеж и междоусобие. Мятежников поддержал только князь В.Голицын. Остальные думные бояре, патриарх, духовенство, граждане и воины ещё оставались верны царю. Гагарин, Сунбулов, Грязной и с ними ещё около трёхсот человек бежали к Лжедмитрию.

Однако этот неудавшийся мятеж не усилил власть царя. Она начала шататься подругой причине. Москва, лишённая путей подвоза, так как мятежники вновь осадили Коломну, начала ощущать недостаток продовольствия. Москвичи впали в отчаяние. Люди требовали победы и хлеба или смещения В.Шуйского. Царь, жалея бедных и опасаясь бунта, убедил троицкого келаря Арамия открыть житницы обители и продавать хлеб по низким ценам. Волнения в Москве утихли. Кроме того, новое радостное известие ободрило жителей.

Ушедший к новому самозванцу князь Гагарин вернулся и сообщил, что в стане мятежников тревога, так как князь М.Скопин-ШуЙский заключил союз со шведами, собрал войско и движется к столице, усмиряя мятежников. Эта весть укрепила верноподданность царю. В результате, перестали уходить в Тушино. Прежде чем перепугать поляков и мятежников, князю М.Скопину-Шуйскому пришлось приложить немало усилий чтобы собрать войско. В Новгороде воеводствовал боярин князь А.Куракин. Помогал ему Татищев. По прибытии в Новгород князь М.Скопин-Шуйский вступил в переговоры со шведами, направив в Выборг своего шурина - воеводу Головина. Одновременно пытался поднять против Лжедмитрия II весь северо-запад России.

Новгородцы, узнав о ведении переговоров со шведами, начали бузить, предъявляя (третензии царским чиновникам. Князь М.Скопин-Шуйский вынужден был покинуть Новгород и обратиться к жителям других городов, Но жители Пскова, Ивангорода, Орешка, Копорья и Яма ему тоже отказали, так как уже признали нового самозванца. Положение сложилось почти безвыходное. И всё же ситуацию спасли новгородцы. Там верх одержали сторонники царя. Большую роль в этом сыграл митрополит Исидор. В это время узнали, что воевода Лжедмитрия II Керносицкий с ратыо движется из Тушино к берегам Ильменя. Новгородцы решились выступить против него.

Татищев взялся вести передовой отряд к Бронницам. Однако царские враги и его собственные оклеветали Татищева, обвинив его в измене. Князь М.Скопин-Шуйский хотел принародно судить обвиняемого. Но обвинявшие не стали ждать этого суда. Они возмутили народ, и Татищева убили.

Это событие осложнило сбор сил, так как многие дворяне бежали из Новгорода к Керносицкому, который уже занял Хутынский и другие окрестные монастыри, жёг и грабил близлежащие селения. Спасли Новгород пленники. Они заявили Керносицкому, что сильное войско, верное царю, вступило в Грузине) и спешит на помощь к Новгороду. Он поверил этим сказкам, повернул и поспешил назад. На самом деле к Новгороду спешила тысячная дру-жина Горихвостова и Рязанова, которая собралась в Тихвине и теперь шла к Новгороду. Эта дружина по численности в шесть раз уступала рати Керносицкого.

Наконец, пришли хорошие вести от Головина. Шведский король действительно решил оказать помощь. 28 февраля 1609 года в Выборге подписали договор, по которому шведский король выделял 2 тысяч конных и 3 тысяч пеших солдат. На их содержание царь В.Шуйский обязывался выделять 100 тысяч ефимков в месяц. 26 марта 1609 года шведское войско, состоящее из шведов, французов, англичан, шотландцев, немцев и голландцев вступило в Россию и соединилось с малочисленной ратью (около 2 300 человек) князя М.Скопина-Шуй-ского. Шведское войско возглавлял сын погибшего ранее шведского военачальника де ла-Гарди - Яков, которому тогда было 27 лет. Князю М.Скопину-Шуйскому в то время было 23 года.

Де ла-Гарди предлагал вначале взять Ям, Копорье и Ивангород, а как только просохнут дороги, двинуться к Москве. Его план, с точки зрения обычной войны, был правильным. В гражданской войне, когда соотношение сил быстро меняется, осада этих городов могла отнять много времени и людей, - это, во-первых; во-нторых, мятежники в помощь этим городам могли направить сильное войско. В этих условиях вряд ли удалось бы нанести поражение мятежникам и полякам. Князь М.Скопин-Шуйский не столько понимал, сколько чувствовал, что нужно отодвинуть угрозу Новгороду как можно дальше на юг и как можно ближе подойти к Москве, чтобы иметь базу для накопления сил. Ему удалось убедить шведского военачальника, и объединённое шведско-русское войско двинулось на юг. Воевода Чулков и шведский генерал Э.Горк, возглавлявшие передовые дружины, взяли Руссу и преследовали мятежников до Торопецкого уезда.

25 апреля 1609 года они одержали победу над частью рати Керносицкого о селе Каменке, захватили 9 пушек, несколько знамен и немало пленников. После этого Порхов и Торопец сдались. Торжок сдался другому воеводе Чоглокову. Мятежники почувствовали опасность и попытались отбить Торжок, направив к нему пана Зборовского и князя Г. Шаховского с 3 тысяч поляков и российских мятежников. Узнав об их движении, князь М.Скопин-Шуйский отправил в помощь Чоглокову дружины Головина и Горна всего около тысячи человек. Всего в Торжке собралось около 1,5 тысячи воинов, но они решительно вступили в бой. Мятежники подходили к городу не одновременно, без соответствующего охранения и порядка. Чоглоков, Головин и Горн, видя эту неорганизованность, сделали успешную вылазку, разбили мятежников и заставили их отступить к Твери.

10 мая 1609 года князь М.Скопин-Шуйский вывел из Новгорода, некогда могущественного, всего 2 тысяч ратников. В былые времена Новгородская земля выставляла от 30 до 50 тысяч ратников, из которых, собственно, Новгород выделял от 15 до 25 тысяч ратников. Погромы Ивана IV не прошли даром. Новгород не смог после них оправиться даже через 40 лет. Вместе со шведами у него было в это время около 6 тысяч воинов. С этими силами он и двинулся к Торжку. Здесь 24 июня 1609 года он соединился с Чоглоковым, Головиным и Горном. Общая численность рати достигла 7,5 тысяч человек. Но вскоре она увеличилась ещё на 3 тысяч ратников. К Торжку подошёл князь Боря-тннский, который собрал ратников в Смоленском уезде и по пути смирил Дорогобуж и Вязьму. Силы шведов и россиян почти уравнялись.

Союзное войско устремилось к Твери, где засели паны Зборовский и Керносицкий. Подой/ш к Твери, М.Скопин-Шуйский и Я. де л а-Гард и развернули войско для сражения. Иа нравом крыле встали шведы, голландцы, шотландцы и англичане. В центре россияне. На левом крыле финны, немцы и французы. Зборовский и Керносицкий вывели свое войско из юрода и ринулись в сражение, нанося главный удар по левому крылу союзников. Так как начался дождь, стрельба из огнестрельного оружия сделалась невозможной. Главное преимущество наёмников было нейтрализовано. В зтих условиях вес решало холодное оружие. Поляки и мятежники опрокинули французов, немцев и финнов и потеснили россиян. Зато Я. де ла-Гарди со щведами, голландцами, шотландцами и англичанами опрокинул противостоящих им поляков и мятежников и загнал их в город. Пан Зборовский был ранен и едва не попал в плен.

Несмотря на этот успех, союзники вынуждены были отойти. Дождь лил целые сутки. Мятежники, уповая на дождь, не особенно береглись. В следующую ночь, когда гарнизон острога, в котором находились мятежники, беспечно спал, князь М.Скопин-Шуйский с российскими ратниками напал на острог и взял его почти без потерь. Де ла-Гарди тут же предложил взять Тверь приступом. Но князь Ми-хаил, жалея люден, предложил подождать. Он угадывал, что мятежники и поляки либо сдадут город на договор, либо оставят ею, так как сил его оборонять у них уже явно не хватало. Действительно, через несколько часов мятежники ушли из Твери. Таким образом, юный полководец за два месяца изгнал мятежников и поляков из большой части новгородских и тверских земель и подошёл к москов-ским пределам.

До этого момента он был доволен шведами. И хотя лазутчики Зборовского пытались возмутить их, они ловили и казнили подстрекателей. Князь М.Скопин-Шуйский, уже более полагаясь на своих ратников, оставил шведов в Твери и двинулся к Городнс. Там он узнал, что шведы двинулись не за ним, а к Новгороду. Первыми не пожелали идти вглубь России финны. За ними не захотели выступить и остальные. Главной причиной называли, что им не выдано полное жалованье. Понимая, что без шведов он ещё ire может обойтись, князь М.Скопин-Шуйский направил к ним воеводу Ододурова, чтобы удержать их при себе еще на некоторое время. Убеждения Ододурова и присланное с ним серебро подействовали. Генерал Зоме с тысячей пехоты и конницы присоединился к князю Михаилу. Это было как нельзя кстати.

Князь Зборовский с остатками своей рати и вестью, что Тверь взята сильным союзным войском, прибежал к Саггсге, стоявшему у Троице-Сергиевой лавры. Пан Зборовский стал упрекать Сапсгу в бездействии и напросился взять лавру. Сапега позволил ему осуществить приступ. Ночью пан Зборовский двинул на приступ свои расстроенные, ослабленные и утратившие боевой дух дружины. Сильный огонь защитников лавры, которых осталось едва 200 человек, заставил мятежников прекратить приступ. В ходе этого приступа мятежникам удалось убить только одну женщину на стене. Сапега оставил осаду лавры на российских мятежников, сам же с главными своими силами двинулся против союзного войска.

Князь М.Скоиин-Шуйский отправил в Москву Безобразова с известием о победах, сам же вёл себя осторожно. Имея сравнительно небольшие силы, он не решился идти прямо на Москву, а двинулся берегом Волги к монастырю Колягшну, чтобы установить сообщение с богатым и многолюдным Ярославлем. В Колязнпе к нему прибыл дворянин Волуеа от царя. Там же была получена другая весть, что Сапега и Зборовский находятся уже близ Колязина, в селе Пирогове. Имея около 10 тысяч российских ратников и тысячу шведов генерала Зоме, князь М.Скошш-Шу некий решил дать сражение неприятелю.

Он выделил Борятинского, Головина, Волуева и Жеребцова с сильными дружинами в передовой отряд. Они столкнулись с передовой ратью мятежников на топких берегах Жайны. Удар для мятежников был неожиданным. Их загнали в болота, не дав даже изготовиться к бою. За это время главные силы рати изготовились, заняли выгодные места и определили направления для ударов. Сапега с главными силами напал стремительно, с громкими криками. Но рос-сияне и шведы стояли твердо, отражая нападения поляков и мятежников. Стрельба и сеча длились несколько часов. К исходу дня поляки и мятежники начали слабеть. На закате солнца рать князя Михаила двинулась вперёд. Утомленные поляки и мятежники не смогли удержаться и отступили. Их оттеснили до Рябова монастыря.

Князь М.Скопин-Шуйскпп не стал преследовать разбитых поляков и мятежников, слишком мало было у него для зтого сил. Он вернулся в Колязин с пленниками и трофеями. Здесь, в Колязине, на берегу Волги, князь Михаил неустанно сносился с северными городами, принимал от них дары, денежные пожертвования и ратников. Генералу Зоме он поручил организацию и обучение дружин. В то же время с нетерпением ждал подхода оставшихся в Твери шведов. Од-нако Я. де ла-Гарди, увлечённый новыми волнениями, опять шёл к Новгороду. Послы князя догнали его в Крестцах, заплатили ему б тысяч рублей деньгами и 5 тысяч рублей соболями. Кроме того, князь М.Скопин-Шуйский без разрешения царя согласился отдать шведам Кексгольм. В этих переговорах прошло шесть недель, Де ла-Гарди, наконец, двинулся к Колязину.

Тем временем в тушинском стане вновь разгорелись споры, подобные спорам между Сапе го и и Зборовским. Некий пан Бобовский стал настойчиво обвинять гетмана Рожинского в слабости духа и необходимости осуществить приступ Москвы. Лжедмитрий П и гетман Рожинский выделили ему несколько дружин, с которыми пан Бобовский устремился к Москве. Но царские воеводы не допустили его даже до предместья. Они вышли из Москвы, ударили навстречу, разбили и заставили эти дружины отступить в тушинский стан. Бобовский вернулся и набросился на гетмана Рожинского, что тот не поддержал приступ всеми силами, обвинял в измене. Гетману ничего не оставалось, как организовать новый приступ.

Через несколько дней приступ повторили. Сам Лжедмитрий II, гетман Рожинский, атаман Заруцкий, все знатные изменники вели дружины и рати на приступ, хотели сжечь деревянный город. Но царь успел поднять войско, во главе которого стоял.Д.Шуйский. Неприятель вломился в центр царского войска, смял конницу и смешал пехоту. По тут с одной стороны воевода князь И.Куракин, а с другой воеводы князья А.Голицын и Б.Лыков со своими ратями ударили на противника. Началась страшная сеча. Поляки и мятежники, охваченные с трёх сторон, не выдержали и побежали. Их преследовали до Ходынки и взяли 700 пленников. Паника среди отступавших была такая, что царское войско могло взять и Тушино, если бы оно не остановилось на Ходынке.

Неуверенность царских воевод, прежде всего, Д.Шуйского, не сумевшего организовать преследование разбитого противника, спасли его от полного поражения, что в конечном счете обернулось для царя В.Шуйского катастрофой. И это несмотря на то, что успешно действовал не только князь М.Скопин-Шуйский, но и боярин Ф.Шереметев, который близ Юрьевна уже разгромил Лисовского, взял Муром и Касимов, освободил там многих россиян, заточённых в темницах изменниками. Царь направил к нему князя Прозоровского с указом спешить к Москве, не понимая того, что сил у Ф.Шереметева было так же недостаточно, как и у князя М.Скопина-Шуйского.

Все необходимые силы были в Москве, но царь и его окружение не умели ими правильно распорядиться. Тем временем жители Владимира восстали, свергли воеводу Вельяминова, верного сторонника Лжедмитрия II, и вновь присягнули царю. Казалось, вот-вот к Москве подойдут верные царю силы, и мятежники будут окончательно разбиты. Но события гражданской воины часто переменчивы, а силы, кажущиеся большими, неожиданно рассыпаются, не оправдывая надежд людей, на них полагающихся. Так случилось и в то время. Московское войско не пошло дальше Ходынки и дало возможность Лжедмитрию II укрепиться.

К тому же к нему на помощь подошли казаки из Астрахани с новыми самозванцами: Августом, Осиновиком и Лавром. Первый звался сыном. второй и третий внуками Ивана IV. По пути движения они пытались захватить Саратов. Осуществили приступ, но Осиновик со своими людьми на приступ не пошёл. Воевода Саратова З.Сабуров поднял воинов и жителей и отбил приступ. Тогда казаки обвинили Осиновика в измене и убили его. С Августом и Лавром они прибыли к Лжедмитрию II. Но он не захотел признавать в них братьев и распорядился казнить. Таким образом, Лжедмитрий II контролировал ещё значительную территорию: от Тушино до Астрахани, Борисова и Путивля.

Коломна вновь была в осаде. Рязаицы пытались её освободить, но были разбиты мятежниками во главе с паном Мезецкнм. Неудачно сложилась ситуация и для боярина Ф.Шереметева. Повинуясь указу царя, он со своими плохо организованными и обученными ратниками из Владимира двинулся к Суздалю. Подойдя к нему, стал на равнине и решил дать сражение Лисовскому. Последний ударом польской конницы смял многочисленную, но плохо организованную и обученную пехоту Шереметева. В этом кровавом и беспорядочном сражении погибло большое число его ратников. С оставшимися силами Ф. Шереметев поспешно отступил к Владимиру.

Все эти поражения и усиление Лжедмитрия II вскоре стали известны Москве. Дух москвичей вновь упал, тем более, что вновь обострились проблемы с хлебом. Народ требовал хлеба и даже высказывался в поддержку Лжедмитрию II. В часы этого волнения как раз и прибыл в Москву с дружиной Безобразов. посланный князем М.Ско-пиным-Шуйским. Безобразов благополучно обошёл разъезды мятежников и вручил царю письмо от князя Михаила, который писал, что скоро освободит Москву. Исчезло отчаяние и сомнение. Мятеж, готовый вот-вот разразиться, утих.

Тем временем князь М.Скопин-ШуЙскнй решил изгнать мятежников из Переславля-Залесского, чтобы обеспечить связь с Ф.Шереметевым и низовыми волжскими областями. Он направил к Перес-лавлю-Залесскому Головина, Волусва и Зоме с сильными дружинами. 1 сентября 1609 года город был взят. Только убитыми поляки и мятежники потеряли около 500 человек. 150 поляков и мятежников цопали в плен. 16 сентября 1609 года, наконец, подошёл Я. де ла-Гарди. Князь Михаил выдал шведам жалованье 15 тысяч рублей мехами, чем воодушевил их. Теперь можно было двигаться на юг. 26 сентября 1609 года союзное войско двинулось в поход, оставив в Переславле-Залесском сильную дружину.

Ч — 3-я

?

Log in

No account? Create an account