lsvsx (lsvsx) wrote,
lsvsx
lsvsx

Category:

Финнам все сошло с рук...


Окончание, начало тут...

Потерпела поражение Финляндия и на дипломатическом фронте.

15 января 1922 года Совет Лиги наций отклонил финские претензии, а Международный суд в Гааге решал до 24 июля 1923 года, когда объявил об отказе принять иск Финляндии. Финская агрессия дорого обошлась нашей стране. Правительство РСФСР объявило, что в Финляндию было насильно угнано 8000 человек трудоспособного населения, а финское правительство заявило, что приняло в своей стране 30 тысяч беженцев из России. Советское правительство оказалось более правдивым. Это были вынуждены признать и финны, и когда они в 1998 году в Суомуссалми установили памятник «Памяти воинов-освободителей Беломорской Карелии», то на установленной там табличке было написано: «Бои беломорских карелов за свою независимость происходили 28.10.1921–20.02.1922. Из примерно 3000 бойцов Временного правительства Беломорской Карелии около 500 были финскими добровольцами, в их числе 27 егерей. После подавления попытки превосходящей силой порядка 11 000 беломорских карелов отправились в качестве беженцев в Финляндию. Большинство из них вернулись, однако о 4000 беженцах финляндское государство заботилось вплоть до начала Зимней войны». Даже из этой надписи видно, что большинство карел не хотели иметь дело с финскими «воинами-освободителями».

Потери частей Красной Армии составили 1394 человека — 152 убитых, 512 раненых, 257 обмороженных, 200 пропавших без вести, 273 больных, а вот потери Финляндии неизвестны, так как там до сих пор утверждают, что их страна в войне не участвовала, да и войны никакой не было, а было народное восстание карелов, которое поддержали отдельные финны-добровольцы. Эту ложь газета «Правда» опровергла ещё 2 февраля 1922 года, когда опубликовала документы 47 убитых и пленных действующих офицеров финской армии.

Так как формально Финляндией война РСФСР не объявлялась, то и мирный договор после её окончания не заключался. Вместо него 1 июня 1922 года в Хельсинки было заключено «Соглашения между Россией и Финляндией о мероприятиях, обеспечивающих неприкосновенность границы». В нем было предусмотрено ограничение численности вооруженных сил в приграничной полосе, запрет «нахождения в пограничной полосе организаций, занимающихся подготовкой нападения на другую сторону» и «предупреждение образования на своей территории групп, готовящих нападение или вторжение на территорию другой стороны».

В этот же день там было опубликовано и официальное заявление делегации РСФСР, которое звучало как прямое предупреждение руководству Финляндии: «Российская Делегация от имени своего Правительства заявляет, что в случае вторжения с финляндской территории на территорию РСФСР вооруженных банд, а также в случае оказания со стороны финляндского правительства поддержки в любой форме вооруженным выступлениям на территории России, российское правительство будет считать, что со стороны Финляндии против РСФСР начаты военные действия (то есть будет считать, что начата война)». Победа Красной Армии заставила власти Финляндии идти на уступки, вот только, насколько мне известно, нашим павшим на той войне памятника нет. А для живых был учрежден нагрудный знак «Честному воину Карельского фронта».

В последующие годы мечты о Великой Финляндии у нашей соседки не развеялись. 27 февраля 1935 года посол Финляндии в СССР Аарно Юрьё-Коскинен согласился с высказыванием наркома иностранных дел СССР Максима Литвинова: «Ни в одной стране пресса не ведёт так систематически враждебной нам кампании, как в Финляндии. Ни в одной соседней стране не ведётся такая открытая пропаганда за нападение на СССР и отторжение его территории, как в Финляндии».

Однако там понимали, что одна Финляндия не может победить СССР и ждали появление сильного союзника. Таким стала казаться Германия после прихода в ней к власти Гитлера. Политическое и военное сотрудничество между этими странами расширялось с каждым годом. Снова возглавивший Финляндию президент Пер Эвинд Свинхувуд в 1937 году во время своего визита в Берлин заявил: «Враг России должен быть всегда другом Финляндии. Русская угроза для нас будет существовать постоянно. Поэтому для Финляндии хорошо, что Германия будет сильной». Все это заставило руководство СССР искать пути, чтобы, по крайней мере, отодвинуть на север границу с Финляндией на Карельском перешейке, которая проходила по реке Сестре в 30 километрах от Ленинграда. Территория Финляндии была самым удобным плацдармом для нападения на СССР.

В апреле-августе 1938 года проходили советско-финские переговоры в Хельсинки, в ходе которых наша страна предложила Финляндии разрешить создание советской военной базы на острове Гогланд, а также заключить договор о совместной обороне финского побережья в случае высадки немецких войск. Как видите, никаких территориальных претензий к Финляндии не выдвигалось, но она все равно отклонила советское предложение. Маннергейм, который в 1931 году возглавил Совет обороны Финляндии, а в 1933 году стал маршалом, советовал принять советское предложение, но к его мнению не прислушались.

В марте 1939 года СССР предложил арендовать острова Гогланд, Лавансаари, Тютярсаари и Сескар сроком на 30 лет, а в качестве компенсации давал территории в Карелии. Это было выгодное предложение для Финляндии, так как эти острова Финляндия в случае войны защитить все равно не могла из-за отсутствия у нее сильного флота. Тем не менее 6 апреля последовал отказ.

5 октября 1939 года новый нарком иностранных дел СССР Вячеслав Молотов пригласил в Москву на переговоры министра иностранных дел Финляндии Юхо Элиаса Эркко «для обсуждения актуальных вопросов советско-финских отношений». Однако финский министр на переговоры не поехал, сославшись на более важные дела, и послал на переговоры в качестве главы делегации даже не своего заместителя, а посла в Швеции Юхо Кусти Паасикиви, при этом, как выяснилось через много лет, у него не было полномочий на заключение договора. В отличие от Финляндии наша страна придавала большое значение этим переговорам, и в них принял участие Иосиф Сталин, который заявил: «Мы ничего не можем поделать с географией, так же, как и вы. Поскольку Ленинград передвинуть нельзя, придётся отодвинуть от него подальше границу». На этот раз Финляндии было предложено перенести границу на 90 километров от Ленинграда, отдать СССР острова Гогланд, Лаавансаари, Тютярсаари и Сейскари и сдать в аренду полуостров Ханко для создания там советской военно-морской базы, а взамен получить вдвое большую территорию в Карелии. 4 ноября Сталин согласился вместо Ханко арендовать прибрежные острова, но Финляндия все равно отвергла все предложения.

Отказ Финляндии от всех советских предложений все более убеждал руководство СССР о наличии тайного договора между ней и Третьим рейхом о совместном нападении на Советский Союз. Гитлер мог пообещать финнам за это Карелию и Мурманскую область. Появилась угроза внезапной атаки вражеских войск в 30 километрах от Ленинграда. Таким образом из-за упрямства Финляндии война становилась неизбежной. Такая позиция властей Финляндии объясняется ещё и тем, что там были уверены, что СССР не нападет на нее, а даже если это и случится, то советские войска будут разбиты, так как ей на помощь придет множество стран. Совсем как на современной Украине, там повторяли как заклинание: «Весь мир с нами!». Отдельные политики даже обещали финнам, что в случае войны советско-финляндской войны Германия, Великобритания и Францию прекратят свою «странную войну», заключат мир и вместе нападут на Советский Союз.

Разочарование наступило после начала войны 30 ноября 1939 года. На стороне Финляндии не выступила ни одна страна. Из 26 стран прибыло всего около 12 000 добровольцев, причем большинство без военной подготовки и к концу войны. В том числе 8700 шведов, 1010 датчан, 1000 эстонцев, 725 норвежцев, 366 венгров, 20 латышей. Больше всего вооружения поставила тоже Швеция, о чем любят вспоминать шведские СМИ. Финляндия получила от своей соседки 29 самолетов, 330 орудий, 30 тысяч артиллерийских снарядов, 50 миллионов патронов, 500 автоматов и пулеметов, 135 тысяч винтовок. Секрет шведской «щедрости» раскрылся после Второй мировой войны, когда были захвачены архивы германского МИД. Выяснилось, что 21 декабря 1939 года было заключено тайное соглашение, по которому Третий рейх гарантировал Швеции полностью компенсировать все поставленное ею Финляндии вооружение. Об этом шведские СМИ вспоминать не любят.

Интересны поставки из стран антигитлеровской коалиции стране, которая менее чем через год официально станет союзником Гитлера для её борьбы с их будущим союзником — СССР. Великобритания, формально воюя с Германией, передала Финляндии 75 самолетов, 314 орудий, 185 тысяч артиллерийских снарядов, 17 700 авиабомб, 10 000 противотанковых мин, 124 автомата и 70 противотанковых ружей. Франция отправила для уничтожения наших солдат 36 самолетов, 160 орудий, 500 пулеметов, 795 тысяч артиллерийских снарядов, 200 тысяч гранат, 20 миллионов патронов и 400 морских мин. США, будучи тогда ещё нейтральными, отправили вместе с самолетами 44 своих летчика, но они не успели вступить в бой. Также они предоставили Финляндии 2 миллиона долларов и ввели запрет на поставку ряда товаров в СССР. Более того, Великобритания и Франция реально рассматривали вопрос об отправке своих воинских подразделений в Финляндию для войны с СССР и бомбардировку нефтяных месторождений в Баку. Страшно и подумать, как бы продолжилась и чем бы закончилась Вторая мировая война, если бы это произошло.


Так как ход двух последних советско-финляндских войн подробно описан многими авторами, то я его в этой статье описывать не буду. Отмечу однако, что некоторые авторы представляют войну как череду бесконечных поражений Советской армии и чуть ли не как победу Финляндии. Действительно, на этой войне советским командованием был допущен ряд ошибок, приведших к ненужным потерям, но были и победы. Так, всего за три дня войны был полностью очищен от финских войск район Печенги, и стало невозможным снабжение финских войск через Северный Ледовитый океан. Главная цель войны была достигнута — граница отодвинута. Заодно перестала существовать финская военная флотилия на Ладожском озере, что было очень важно потом для функционирования Дороги жизни.

А вот что сказал об итогах войны 1939–1940 годов Иосиф Сталин на совещании с командным составом Красной армии 17 апреля 1940 года: «Нельзя ли было обойтись без войны? Мне кажется, что нельзя было. Невозможно было обойтись без войны. Война была необходима, так как мирные переговоры с Финляндией не дали результатов, а безопасность Ленинграда надо было обеспечить, безусловно, ибо его безопасность есть безопасность нашего Отечества. Не только потому, что Ленинград представляет процентов 30—35 оборонной промышленности нашей страны и, стало быть, от целостности и сохранности Ленинграда зависит судьба нашей страны, но и потому, что Ленинград есть вторая столица нашей страны».

Уже в сентябре 1940 года в Финляндию вошли немецкие войска, и она фактически стала союзником Третьего рейха. 25 июня 1941 года финский парламент объявил войну СССР, и при этом не было ни одного депутата, который проголосовал бы против, но тут надо помнить и то, что происходило в предыдущие дни. В утвержденном бюджете Финляндии на 1941 год военные расходы составляли 45%, что говорит о многом. А вот отрывок из рассекреченного сообщения заместителя наркома госбезопасности СССР Богдана Кобулова от 11 июня 1941 года Иосифу Сталину и Лаврентию Берии: «Министр финансов Мауно Пеккала сообщил нашему агенту следующее. На заседании финляндского правительства 9 июня президент Рюти заявил, что по требованию немцев Финляндия должна в ближайшие дни провести частичную мобилизацию и что в ближайшие же дни в Финляндию начнут прибывать в большом количестве немецкие войска». Действительно, мобилизация финской армии началась 10 июня 1941 года.

Благодаря действиям Финляндии мы можем считать, что Великая Отечественная война началась 21 июня 1941 года. В этот день началась финская боевая операция «Регата». На Аландские острова высадились финские войска, что являлось нарушением не только мирного договора с СССР от 12 марта 1941 года, но и Женевской конвенции 1921 года. С 23 кораблей высадилось 5000 финских солдат с 69 орудиями. Было захвачено консульство СССР, 31 его сотрудника арестовали и отправили в Турку. Три финские подводные лодки начали ставить мины у побережья Эстонской ССР и при этом получили приказ торпедировать советские корабли, если они встретятся на их пути. В ночь с 21 на 22 июня 1941 года принадлежащие ВВС Финляндии гидросамолеты Heinkel He 115 приводнились на Коньозере и высадили 16 финских диверсантов, одетых в немецкую форму, которые должны были взорвать шлюзы Беломоро-Балтийского канала, но вскоре были уничтожены.

22 июня финская авиация нанесла бомбовый удар по советской военной базе на полуострове Ханко, совершила несколько разведывательных полетов над территорией СССР. Но самое главное — с финских аэродромов взлетали немецкие самолеты, атакующие советские войска, из финских портов выходили немецкие боевые корабли. 23 июня нарком Молотов вызвал к себе финского поверенного в делах Пааво Хюннинена и задал ему вопрос: выступает ли Финляндия на стороне Германии или придерживается нейтралитета? Финский дипломат пообещал послать запрос в свое правительство, но ответ так и не был получен.


25 июня авиация Северного и Балтийского флотов нанесла удары по 18 финским аэродромам, где базировались самолеты немецкой 5-й воздушной армии и финских ВВС. На них был уничтожен 41 самолет. Поняв, что больше не получится избегать возмездия, прикрываясь фальшивым нейтралитетом, вечером того же дня Финляндия объявила войну СССР. Интересно, что при принятии этого решения финским парламентом не нашлось ни одного депутата, который бы проголосовал против.

Распространен миф, что финны остановились на старой границе, которая была до советско-финской войны 1939–1940 годов. На самом деле, наступая на Ленинград, они перешли ее, захватили Белоостров и продвинулись в среднем на 15 км южнее реки Сестры, по которой проходила граница. В помощь оборонявшей Карельский перешеек 23-й армии были даны моряки Балтийского флота. Завязались кровавые бои — Белоостров четыре раза переходил из рук в руки, пока не был освобожден нашими войсками. Потери финнов были такими, что, согласно финским документам, около 200 солдат из 18-й дивизии и 49 солдат 58-го полка в открытую отказались наступать, 210 солдат дезертировали.

Кроме того, финское руководство до последнего момента надеялось, что Великобритания не объявит ей войны, и заверяло английских дипломатов, что остановится на старой границе. В итоге наш союзник Великобритания объявила войну Финляндии только 6 декабря 1941 года, после того как финны отвергли её ультиматум отвести свои войска к границе 1939 года, а государственный секретарь США Корделл Халл вообще поздравил Финляндию с выходом её войск на старые границы в конце июня 1941 года. А вот что написал командующий финской армии Карл Маннергейм в ответ на требование немецкого командования продолжать наступление: «Мы не можем дальше наступать. Мы потеряли слишком много людей. К тому же, чтобы прорваться дальше, через карельский укрепленный район, нам нужны пикирующие бомбардировщики и тяжелая артиллерия, с тем чтобы сломить сопротивление. У нас их нет. И мы не можем наступать. Лучше бы было, если бы вы перебросили сюда 163-ю немецкую дивизию, которая из Швеции прибыла. И пусть бы тогда она бы развернула здесь наступление».

Это письмо опровергает и миф о том, что финны не обстреливали и не бомбили Ленинград из гуманных соображений. На самом деле они находились значительно дальше от города, чем немцы, и у них просто не было такой дальнобойной артиллерии, чтобы это делать. Их бомбардировочная авиация была малочисленной и слабой, и финское командование берегло её для помощи своим войскам. Финнам удалось договориться с немцами о том, что во избежание столкновений между ними их авиация южнее реки Сестры действовать не будет.

Руководство Финляндии стремилось минимизировать свои потери, понимая, что если немцы Ленинград возьмут, то Карельский перешеек им достанется без боя. А о том, что финны были не меньшими врагами ленинградцев, чем немцы, свидетельствует, например, письмо президента Финляндии Ристо Рюти немецкому послу 11 сентября 1941 года: «Если Петербург не будет больше существовать как крупный город, то Нева была бы лучшей нашей границей на Карельском перешейке. Ленинград надо ликвидировать как крупный город».

Ежегодно в Санкт-Петербурге 27 января празднуется освобождение города от блокады в честь наступления против немецких войск, которое началось в этот день в 1944 году. Но тогда было уничтожено только южное полукольцо блокады, а финские войска на своих позициях на Карельском перешейке стояли до июня 1944 года. Проиграв очередную войну с нашей страной, финны традиционно избежали оккупации их страны. Финляндия потеряла только область Печенга, которую смогла отнять у РСФСР в 1920 году. Также она должна была поставить в течение 6 лет товары на сумму в 300 миллионов долларов, хотя материальный ущерб на оккупированной территории был значительно больше. От права иметь военную базу в Финляндии СССР отказался в 1956 году.

Будучи союзником Третьего рейха, тем не менее финские власти уничтожением евреев не занимались. Их там было очень мало, и многие из них служили в финской армии, которая воевала с СССР. Главной заботой финского руководства было сделать так, чтобы русские, составляющие большинство в захваченной финскими войсками частях Карелии и Карельского перешейка, перестали ими быть. Вначале предполагалось выселить русских и другие не финно-угорские народы на территорию России, захваченную Гитлером. В связи с этим маршал Маннергейм отдал приказ о подготовке этого населения к высылке путем помещения его в переселенческие лагеря. Вот что пишет об этом финский историк и участник той войны Хельге Сеппяля: «Русское население составляло большинство, или около 47%, карельского населения было 39%. Это неравенство было «исправлено» за счет заключения значительной части русского населения в лагеря. Численность заключенных в концлагерях доходила до 27% от всего населения, находящегося в оккупации. Политика оккупационных властей была явно расистская, и для людей в начале оккупации имело большое значение, к какой касте их отнесут. Находящиеся на свободе люди подразделялись на национальных и ненациональных, что означало: на родственные финнам народы и на русских».

То есть если немцы на своей территории отправляли в лагеря за какие-либо с их точки зрения провинности, то финнам вина была не нужна — для попадания в лагерь хватало русской национальности. И обратите внимание: в лагерях оказался каждый четвертый русский, проживающий на территории, захваченной финскими войсками. Немцы о таком и мечтать не могли.

План Маннергейма соединить его армию с армией Гитлера восточнее Ладоги и окружить Ленинград двойной блокадой провалился ещё в 1941 году после освобождения Тихвина от немцев. Соответственно, и этническая чистка Карелии сорвалась. Однако русских из лагерей не выпустили, и они продолжали там работать и жить впроголодь. Всего было 24 лагеря для русских. Только в столице Карелии Петрозаводске их было семь и ещё два лагеря для советских военнопленных. Вот что написал про это 17 апреля 1942 года тогдашний депутат финского парламента Вяйне Войонмаа: «Из 20-тысячного русского гражданского населения Яанислинна (Петрозаводска) 19 тысяч находятся в концлагерях и тысяча на свободе. Питание тех, кто пребывает в лагере, не очень-то похвалишь. В пищу идут лошадиные трупы двухдневной давности. Русские дети перерывают помойки в поисках пищевых отходов, выброшенных финскими солдатами».

По подсчетам профессора Михаила Семиряги, в финских концлагерях в 1942 году уровень смертности был выше, чем в немецких.

Все мы знаем, что в годы войны была создана Чрезвычайная государственная комиссия по установлению и расследованию злодеяний немецко-фашистских захватчиков и их сообщников, но мало кому известно, что занималась она не только преступлениями Третьего рейха. Сразу после освобождения оккупированных финнами районов их посетили члены комиссии и собрали сотни свидетельств того, что там происходило. Они все именные и даже с домашними адресами тех, кому «посчастливилось» пожить под финской властью. От них кровь стынет в жилах. Ужасные мучения переносили узники в немецких лагерях, но там все же в основном были мужчины, а здесь почти сплошь дети, женщины, старики. Большинство мужчин мобилизовали в Красную армию. Вот акт, составленный девятью жителями деревни Ерш-Наволок Пряжинского района о петразаводском лагере № 2:

«В лагерь финны сгоняли всех без разбору — и дряхлых стариков, и старух, и матерей с грудными детьми. В лагере все вместе в общих бараках в ужасных антисанитарных условиях, за оградой из колючей проволоки в три метра высотой и из двух-трех рядов кольев. Здесь находились здоровые, больные и уже умершие от голода. Работающим в сутки выдавали по 250 граммов муки и больше ничего. В лагере свирепствовали заразные болезни — тиф, дизентерия. В поисках пищи мы весной извлекали из-под снега убитых зимой и осенью собак и кошек, у которых кожа облезла, мясо было с червями, и мы их ели. Многие из заключенных в поисках пищи охотились за крысами и лягушками. Некоторым удавалось воровать из ясель финских лошадей картофельную шелуху, но за это жестоко избивали. Финны нас часто избивали резиновыми дубинками. В лагере с голоду умирало так много людей, что их не успевали хоронить. Ребятишек финны заставляли рыть большие ямы, в которые сваливали трупы советских людей, умерших с голода и от побоев, по 40–50 человек в яму. За два года нашего пребывания в лагере нам не выдали ничего из одежды, ходили в лохмотьях. Многие не выдержали голода, пыток и побоев и сводили счеты с жизнью».

А вот что рассказал о Петрозаводске Илмари Вийтала, захваченный в плен младший сержант 2-й роты отдельного батальона охраны: «В лагере № 5 недалеко от вокзала находились мальчики и девочки 12–15 лет. В августе или в сентябре 1943 года в этом лагере было расстреляно несколько детей. Финские власти объявили, что расстрел был произведен при попытке к бегству. Условия для детей были кошмарные, их заставляли работать насильно, никто не лечил их, кормили исключительно плохо. В лагере свирепствовал тиф, в результате которого погибло много детей. Начальником лагеря № 5 был лейтенант Луккаринен. В лагере № 3, который размещался в здании лыжной фабрики, находились женщины с грудными детьми. Условия для заключенных были созданы исключительно тяжелые. Из детей и женщин многие умирали. В лагере № 2, который находился в студенческом городке, сидели дети, женщины и старики. Все лагери были обнесены колючей проволокой высотой до 3 метров».

Тем, кто не попал в лагерь, жилось не намного лучше. В городах ненациональные (так финны называли всех, кто не принадлежал к родственным им народам) получали по карточкам в 1,5 раза меньше, чем карелы, и должны были получать разрешение на каждую поездку из своего города. Но самое главное, что когда умирали заключенные в лагерях, финны отправляли новых на их место. О жизни в сельской местности дала показания учительница Яндомозерской школы Заонежского района Анна Лукина: «Фашистские порядки финны вели с первых дней. Начали с того, что стали отбирать у жителей весь хлеб, не оставляя им ни крошки. «Хватит, полопали хлеба» — кричал начальник по снабжению Симола. Отбирали не только хлеб, забирали все, что попадало на глаза и под руку. Отобрав весь хлеб, финны долгое время не давали людям ничего есть, а работать заставляли по 12 часов в сутки. Все школы были закрыты. Чтобы прокормить себя, ребенка и старого отца, я попросила дать мне какую-нибудь работу, но мне отказали. У меня была хорошая швейная машинка. Однажды меня вызвали в штаб и приказали немедленно отвезти её в Великую Губу. Над советскими людьми финны измывались как хотели, называли нас собаками. Однажды, доведенные до отчаяния, мы пошли к коменданту просить хлеба. Вместо хлеба он схватил плетку и отхлестал нас до потери сознания.

Мы собирали мох, сушили, толкли и делали лепешки. Из березовых опилок варили кашу, из соломы пекли хлеб. Такая пища истощала организм, и люди умирали целыми семьями. Голодной смертью погибла семья Калининых из деревни Есины, умерли Николай Лукин, Андрей Стафеев, Андрей Фепонов и многие другие. Большинство жителей деревни Тепеницы умерли от голода. Весной 1942 года смертность в Яндомозере была настолько высокой, что не успевали выкапывать могилы. В деревне Усть-Яндома несколько умерших долгое время лежали непогребенными. 50-летнего колхозника Макара Пименова финские звери превратили в шута. Как только голодный старик появлялся возле комендатуры, его заставляли плясать, маршировать. Обессиливший старик маршировал, а они хохотали. Как собаке, они выбрасывали старику кусок хлеба».

После публикации материалов членов комиссии в главной газете СССР «Правда» 18 августа 1944 появилась передовая статья «К ответу финских извергов!». В ней говорилось: «Эти злодеяния разоблачают отвратительное лицемерие финских политиканов, пытавшихся уверить простодушных людей в том, что Финляндия будто бы ведет какую-то «особую» от гитлеровской Германии войну, что Финляндия будто бы преследует только задаче обороны, что Финляндия будто бы страна не фашистская, а демократическая. Как гитлеровские разбойники, финны-захватчики решили истребить поголовно все советское, в особенности все русское население Восточной Карелии. Об этом говорит умерщвление детей. Ныне перед лицом неопровержимых фактов финны изобличены в том, что в зверствах своих они ничем не отличаются от немецко-фашистских извергов».

Однако одно отличие вскоре появилось. Если из немецких палачей кое-кто все-таки понес ответственность, то финнам все сошло с рук. После прекращения военных действий 19 октября 1944 года от имени СССР Андрей Жданов передал Финляндии список с 61 фамилией лиц, которых необходимо привлечь к ответственности за военные преступления. В нем были и коменданты концлагерей, в том числе комендант петрозаводского лагеря № 2 Тимо Соловаара, о котором вспоминали десятки свидетелей. Он любил избивать узников плеткой через пропитанную солью ткань и обожал избивать детей на глазах их матерей. Финские власти за три года смогли задержать только 45 палачей. Суд оправдал 30 из них, один был оштрафован, а 14 получили незначительные сроки и оказались на свободе через несколько месяцев. Так как в отличие от остальных союзников Третьего рейха государственный строй в Финляндии после поражения в войне не поменялся, офицеры-убийцы продолжили службу в армии, затем вышли в отставку и получали пенсию, в том числе и за годы, проведенные в России.


Избежал какой-либо ответственности за военные преступления и маршал Маннергейм. Он оставался на посту президента Финляндии до марта 1946 года, когда сам подал в отставку. Правда, на всякий случай после этого он жил в основном за границей, чаще всего в Швейцарии, где и умер 27 января 1951 года. Сейчас он национальный герой Финляндии. Его именем назван проспект в Хельсинки, ему установлено 6 памятников. Памятную доску тому, кто почти 30 лет боролся против нашей страны, истребляя её население и пытаясь отнять часть её территории, попытались установить и в Санкт-Петербурге в июне 2016 года. Однако жители города помнили, кто был соучастником уничтожения голодом их предков во время блокады. За четыре месяца, что она висела, её трижды обливали краской, рубили топором и даже просверлили две дырки во лбу изображения Маннергейма. Сейчас она хранится в музее, посвященном Первой мировой войне в Царском Селе.


Некоторые либеральные деятели утверждают, что Финляндия сейчас — маленькое миролюбивое государство, которое не воюет уже 75 лет и даже не состоит в НАТО. Вот только в августе 2014 года Финляндия подписала договор с НАТО, по которому этот альянс получил право использовать любую военную инфраструктуру на территории страны, а в случае кризисной ситуации войска НАТО могут расположиться в ней на длительный период. Финские войска постоянно участвуют в учениях НАТО. Также нельзя забывать, что в стране официально действует организация «Карельский Союз», которая продолжает борьбу за присоединение к Финляндии Карелии. Интересно, что у финнов был шанс получить Карелию мирным путем, но ей помешал Никита Хрущев. Он в 1956 году упразднил Карело-Финскую ССР, а на месте союзной республики создал автономную Карельскую АССР в составе РСФСР. Если бы он этого не сделал, то в 1991 году Карелия стала бы независимым государством и очевидно объединилась бы с Финляндией, и тогда для поездки на поезде из Санкт-Петербурга в Мурманск нужно было бы оформлять шенгенскую визу.


Владимир Тулин,
Европейский обозреватель ФАН.
Специализация – Балканские страны,
Ближний Восток, Западная Европа.
Tags: Политика
Subscribe

Featured Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments