?

Log in

No account? Create an account
Русь Великая

lsvsx


Всё совершенно иначе!

Истина где-то посередине. Так давайте подгребать к ней не теряя достоинства.


Previous Entry Share Next Entry
Первые упоминания о предках казаков
Русь Великая
lsvsx
ПРОДОЛЖЕНИЕ, НАЧАЛО ТУТ

Половцы.

Но уже с 1061 года между Киевской Русью и казаками которые составляли основное население Тмутаракани, расположились ещё и вернувшиеся в Дикое Поле Половцы и печенеги (бывшее название этих родов «Готы», до этого они под натиском казаков-гунов ушли в Литву и Новгород Ильменский, а потом часть их вернулась на места своего бывшего проживания).

Воевода А. Лызлов в своей «Скифской истории» (1692г.) так пишет о них: «Половцы же и печенеги были народ военный и мужественный, изошедший от народа готов и цымбров, …. от них же гепиды, и Литва, и прусы старые явно произошли… Народы печенегов, и половцев, и ятвижев истинная суть есть Литва, и имеют между собою в наречии лишь малую разность, как поляки и россияне;… Сии половцы и печенеги, изшедшии оттуда во времена былые, селения свои от полуночи к востоку наклоняющиеся над морем Меотским (Азовское) и Понтом Эвксином (Черное), и так же около Волги, и около Танаиса (Дон), и в Таврике (Крым), ныне называем её Перекопскою ордою, коши свои поставили…. Иные историки техполовцев называли готами, и это истинна есть, ибо когда были в соседстве российским странам, греческим же, и волошским, и польским странам пограничили, великие им пакости наездами своими чинили. Ибо чуждыми трудами и граблением непрестанно жили. ….Того же 1103-го лета и прозвали их россияне половцами, за то что в полях больше пребывали или занимались полеванием, то есть ловили зверей и кормились, или половцами — то есть грабителями, яко чужим полоном и граблением жили………Язык же с российским, и с польским, и с волошским смешанный имели».

Половцы служили буферной зоной между Киевом и Южной Русью и все время мешали Киеву успешно христианизировать население Кубани и Дона. Между Киевской Русью и половцами происходят постоянные столкновения одно из которых описано в «Слове о полку Игореве» под 1185.г: «….Ой! Стонать Русской земле, вспоминая первую годину и первых князей (первых после крещения)! Того старого Владимира (ясно Солнышка) нельзя ли было пригвоздить к горам Киевским! Ибо сегодня ныне стали стяги Рюриковы (варяжские), а другие— Давидовы (Владимир по отцу потомок Рюрика, по матери потомок Давида) Нас разнеся, им холопы пашут, и копья поют на Дунае!..»

Таким образом земля Казаков оставалась вместе со своей столицей Тмутараканью ещё полтора века независимой. Это была колыбель будущих Азовских (Кубанских) казаков. Но половцы не смогли удержать христианскую экспансию Киева. Уже через непродолжительное время они роднятся с Киевскими князьями кровными узами (женятся на их сестрах, выдают своих дочерей замуж за русских) и мы с удивлением читаем в наших летописях о князьях половцах зовущимися уже христианскими именами. Но главное теперь их разбойничьи устремления направляются в другую сторону, на староверов булгар живущих вдоль реки Волги и казаков Дона и Кубани продолжающих исповедовать изначальную ведическую веру.

Тогда, чтобы противостоять надвигающейся угрозе «На политическую арену в Азии выходит сибиряк –старовер Богдан из рода Бодончара, казачий атаман имевший титул хана («Ха»-высокий «Н»-наместник). В китайских источниках его называли Чин из ханов, (сын из рода ханов). Когда это перевели с китайского на английский, то так и записали Чингисхан(есть ещё один китайский вариант его имени Тему-чин то есть темника сын), так официальная история получила имя правителя, которое и держится до сих пор» (Гладилин). Он описывается человеком высоким светловолосым, с густой бородой и голубыми глазами (А.Лызлов в своей « Скифской истории» 1692г. приводит булгарскую легенду о его рождении, где мать объясняет, что родила сына от луча солнца и потому он такой светлый с голубыми глазами).

Христианизированные Половцы (готы) своими разбойными набегами до такой степени достали восточных булгар и казаков, что в 1223 году военные отряды Богдана предприняли поход против своих извечных врагов. Так в Приазовье и Причерноморье появились войска Чингисхана. К ним присоединились и подонские казаки Бродники с атаманом Плоскинею, так как половцы своим разбоем достали и их. Половцы видя свое безвыходное положение срочно обратились за военной помощью к братьям по вере и по кровному родству, Киевским князьям. Князь Мстислав Галицкий срочно начал собирать русскую дружину, в крестовый поход против «язычников» идолопоклонников. Но ни казаки ни воины Богдана не хотели проливать братской крови, поэтому атаман Плоскиня и воеводы Богдана — Себедей («Се»-это, «Беда» и так понятно) и Дживе (Джива русская богиня) несколько раз предлагали выдать грабителей половцев, обещая судить их по законам. Но русские князья не приняли разумного предложения, еще не зная о предательстве главного зачинщика похода Мстислава Мстиславича Галицкого. А тот просто сбежал с поля боя (наверно за это его прозвали Мстиславом Удалым) оставив своих товарищей в беде. И так в этой битве войско Руссов - христиан было разбито казаками наголову.

Суздальская летопись об этих событиях рассказывает так: «Того же лета (1223) явились языци… И зовут их татары, а иные глаголют тавр-мены (дословно от рода тавров люди), а другие называют их печенезами… Мы же их не вемы..» «Татарове же уведавши, что идут противу них князья Русские, прислали послов к князьям русским: «Мы слышали что против нас идете, послушавши Половцев, а мы вашей земли не заняли, ни городов ваших ни сел, и не на вас идем… Заключите с нами мир, у нас с вами борьбы нет». Князи же русские того не послушали, избили послов татарских, а сами пошли против них… И прислали татарове второе посольство говоря: «Хотя вы послушали Половцев и послов наших избили и идете против нас, но уходите. Мы Вас не затрагиваем ничем. Всем нам Бог». Но отпустили ни с чем их послов. И тогда же князь Мстислав Галицкий перешел Днепр , напал на сторожевые отряды татарские и победил их… но тут встретили их Татарове и ударили на Русских … Пришли в смятение все полки Русские и была сеча зла и люта. Из-за грехов наших Русские полки побеждены были… Сия злоба сотворилась в день 16 июня».

А далее уже Булгарский царь Бата (Батя) «поганый идолопоклонник (так считают христиане, а староверы славяне почитали и почитают до ныне кумиры своих Богов) — яко о том пишет Гвагнин — окаянный свою душу низверг в ад, его же россияне и Литва называют Батыем» (Лызлов), под призывом спасения Родной славянской веры объединяет булгар, казаков и бежавших к ним русских староверов под своим началом для противодействия распространяющемуся христианству.

Сейчас многие историки не хотят смотреть фактам в глаза и признать, что никаких татаро-монгол в принятом сейчас понимании не было. Да были объединенные войска славян родноверов в которые входили Булгары, Казаки, Русы бежавшие от христианского крещения, Осетины и другие народы. Вот их то христиане всей Европы и называли Тат-Ары, Тати (разбойники) Арийские. По Бичурину к ним относится народ указанный в китайских хрониках как Хуны, то есть как мы видели выше, наши братья казаки, поэтому историки Забелин, Иловайский, Флоринский, Вернадский неоспоримо считают их славянами. А о том что Батый по мнению казаков был не злодеем, говорит и такое сохранившееся понятие как «Батыев путь – Млечный путь астрономическое название у казаков см. «Казачий словарь-справочник1968г. изд. США Калифорния» (кстати, прозвищем Бата называли и Рюрика и вещего Бояна).

То что война шла именно из-за веры подтверждается и тем что к Бате–Батыю примкнули и патриоты родной славянской веры князья Александр Невский и его отец Ярослав Всеволодович. Ярослав кстати командовал у Бати 10000 (тьма) воинами, и был его полномочным представителем на выборах главы объединенной державы. Сын же Ярослава, Александр Невский, согласно Булгарским летописям, ещё в 1237г. заключил с Батыем соглашение, о том что его войска не пойдут войной на Новгород и северные русские земли . При соблюдении этих условий, Невский обязывался не оказывать помощь христианским княжествам. И как мы увидели, договор был соблюден всеми сторонами в точности.

А о том что север Руси (как и юг) ещё не был христианский мы можем понять из шведской «Хроники Эрика» описывающей поход короля Эрика в 1249 году для обращения славян язычников в истинную веру: «Всякому кто подчинился им, становился христианином и принимал крещение, они оставляли жизнь и добро и позволяли жить мирно, а тех язычников, которые не хотели, предавали смерти…. Ту сторону которая была вся крещена, русский князь, я думаю, потерял…». И север Руси ещё долго оставался «языческим», так как шведский король Магнус YII до конца четырнадцатого века делал попытки обращать русских и карел в христианскую веру.

О том, что основной целью похода Батыя, было укрепление старой веры становится ясно даже из христианских летописей. Согласно им, вначале вои Батыя, пытались вернуть крещеных князей русичей в родную веру увещеваниями и только потом применяли силу: «Князя же, Василька Ростовского пригласили поганые и привели в страну свою и начали прежде ласкательными словами увещевать, приводя к своемузловерию. Но он был зело благолепен (одурманен рабской религией) и возрастом исполнен. И не внимал прелести их, и начали муками его пугать. Когда же не покорился им, и начал словесами их премудрую прелесть обличать, умучили до смерти».

Батый всех заставлял исполнять древние славянские обычаи и проходить ритуал очищения огнем. Эта процедура очень подробно описана в «Сказании об убиении в орде князя Михаила Черниговского и боярина его Фёдора: «Был у царя Батыя такой обычай. Когда приезжал кто-нибудь на поклон к нему, то не велел он сразу приводить его к себе, но сначала велел жрецам провести его сквозь огонь и поклониться солнцу, и кусту, и идолам. А из всех даров, которые приносили для царя, часть брали жрецы и бросали в огонь и только потом отдавали царю. И многие князья и бояре русские проходили сквозь огонь и кланялись солнцу, и кусту, и идолу, и просили каждый себе владений. И давали им владения—какие они хотели получить» (Сказания Русской летописи. Православная русская библиотека. Отчий дом. М. 2001г.).

Но буквально через три – четыре поколения светское руководство Державы Золотой Орды прельстилось одним из направлений иудаизма – исламом. По сообщению Лызлова: «По сем того же лета был царь в Орде именем Азбяк или Азбек ... В Степенной говориться, что он первый к учению прелестника Махомета склонился». После убийства преемника Азбяка хана Джанибека (1342-1357), который, как в свое время князь Владимир, провел исламизацию своей страны, начались (как и когда то в Киевской Руси) междоусобицы. В 1357-1380 на золотоордынском престоле перебывало более 25 ханов.

Большой вклад в развал Золотой Орды в это время внесли новгородские ушкуйники. Основная масса их состояла из потомков тех готов, которые под натиском гуннов, вынуждены были уйти на север и поселиться в Новгороде. Поэтому они организовали многочисленные набеги на Орду. В 1360 году они с боями проходят по всей Волге и разоряют город Жукотин. В 1363 году они воюют на реке Оби и доходят до границ Китая. В 1366 году опять грабят города по Волге. В 1374 году ушкуйники в третий раз взяли штурмом город Болгар, а затем прошли вниз и взяли столицу Золотой Орды город Сарай.

В начале 1360-х годов от Золотой Орды отпал Хорезм, под власть Литвы отошли земли в бассейне реки Днепр, стала самостоятельной Астрахань, Крым, и казачьи земли Дикого поля (казачий атаманМамай перестал подчиняться исламским руководителям Орды). Он стал самостоятельным и решил объединить под своим началом все русские княжества (его в этом поддержал Рязанский князь Олег). Но московский князь Дмитрий Иванович решил тоже побороться за власть и встретились они на Куликовом поле. Мамай проиграл битву и Олег Рязанский признал старшинство московского князя заключив с ним союз. Но больше всех выиграл Хан Золотой Орды Тохтамыш. Выждав когда самостийники перебьют друг друга и ослабнут, он предпринял два военных похода для восстановления своей власти. Вначале разгромил обескровленное казачье войско Мамая на реке Калке (1380г.), а в 1382 сжег Москву.

Как и христиане, так и мусульмане в то время видели в казаках староверах своих врагов. Поэтому в 1395г. после Тахтомыша казачьи земли подверглись нападению исламистов Тамерлана. Больше всего досталось Донским казакам их город Азов был полностью разрушен. Дончаки, в отличии от Кубанских казаков, были вынуждены отступить и оставить берега Дона уйдя в пределы Литовского и Русских княжеств. «Но уже в 15 веке с Московии и Литвы они вернулись на свои прежние места проживания. В основной массе своей Донские казаки пришли назад на Старое Поле уже христианами….. При движении на Дон с Днепра черкасских казаков к ним присоединились и новгородские ушкуйники притесняемые Москвой. Они смешались с другими казацкими общинами и таким образом положили основание будущему «Всевеликому Войску Донскому» («Казачий словарь-справочник»1968г. изд.)

Азовских же и Белгородских казаков не смогли потеснить мусульманские орды и они оставались жить на своих местах до самого прихода турок которые заняли город Азов (1475 г.), и хотя в городе сидел Турецкий гарнизон, но в посаде и дальше в прикубанских степях располагались юрты кочевых Азовских казаков, которые время от времени, вместе с ордынскими казаками совершали нападения и на турок и на московские окраины, грабили даже посольские караваны. Этим они вызывали гнев и султана и московского царя, в 1503 году часть Азовцев перекочевала к рекам Северному Донцу и Десне. Но уже в 1549 году они вернулись усиленные притоком казаков Белгородских.

В XVI в. одним из главных донских атаманов был Сары-Азман, а атаманом азовских казаков – С. Ложник, преследовавший русского посланника Новосильцева. В это время усиливаются контакты рязанцев (вспоминаем что рязанцы поддержали Мамая) с казаками. Об этом свидетельствует интересный документ – послание Ивана III вдовствующей рязанской княгине Аграфене, датированное 1502 г. Обращаясь к ней, московский государь требовал от рязанских властей принять самые решительные меры против казаков и тех русских людей, кто «пойдет самодурью на Дон в молодечество». Рязанская земля, находившаяся на границе Руси и казачьего «Дикого Поля» всегда была дружелюбна к казачеству. Приведем упоминание о помощи казаков этому княжеству, которое относится ко времени битвы на речке Листани в 1443 году. Пришедшие тогда в Рязанскую землю отряды татарского царевича Мустафы были атакованы не только войском русских воевод В.И. Оболенского и А.Ф. Голтяева, но и казаками, пришедшими «на ртах (лыжах) с сулицами и с рогатинами, и с саблями». Совместными усилиями противник был разбит.

Исключительно важная роль, сыгранная жителями рязанского порубежья в формировании отношений с казаками, подтверждается и другими дошедшими до нас документами. В 1501 г. прибывший из Кафы посол Алакозь просил у Ивана III нанять «рязанских десять человек, которые бы на Дону [дороги] знали». Великий князь с пониманием отнесся к просьбе посла и обратился с соответствующим распоряжением к княгине Аграфене. И в данном случае Иван III не преминул подтвердить «заповедь» русским людям не уходить «в молодечество» на Дон и Кубань. Семьи ослушников подлежали казни или продаже в холопство. Но русские люди все равно бежали к казакам образуя с ними так называемые смешанные семьи и со временем русский элемент в национальном этносе казаков стал преобладающим. Тем не менее, все равно даже в конце XV – начале XVI в. в «Диком Поле» складывалось негативное отношение к Московии и казаки, совершали дерзкие нападения на русские «украины».

Немногочисленные, но хорошо организованные казачьи отряды наносили противнику серьезный урон, вынуждая его считаться с собой. Борьба казаков с другим противником, татарами и ногаями, наиболее ожесточенный характер приняла на рубеже XV и XVI вв. В 1515 г. диздар (комендант) Азова Бурган жаловался Василию III на казаков, в непосредственной близости от турецкой крепости пленивших трех местных жителей. Чтобы обезопасить подступы к Азову турецкое правительство решило сбить казаков с этой реки. В 1519 г. против них были отправлены три каюка с янычарами, получившие приказ занять устье р. Воронеж. Московское правительство, встревоженное приближением турецких войск к русским владениям предложило Стамбулу установить на Хопре точно обозначенную границу, однако крымское вторжение 1521 г. перечеркнуло эти планы.

В 1538 г. из Москвы писали в Ногайскую Орду: «На Поле ходят казаки многие: казанцы, азовцы (кубанские), крымцы и иные баловни». Московские власти не контролировали многие казачьи орды (Азовских, Нижний Дон, Белгородских и т.д.) признавая тот факт, что «те разбойники и живут без нашего ведома». В донесении путивльского наместника Троекурова, направленном в 1546 г. в Москву, сообщалось о том, что «ныне казаков на Диком Поле много, и черкасцов, и кыян, и твоих государевых (признававших власть Москвы) – вышли, государь, на Поле из всех украин». С нескрываемой тревогой о действиях казаков в 1551 г. писал ногайскому князю Исмаилу и турецкий султан Сулейман I, по словам которого, «казаки с Озова оброк емлют и воды на Дону пить не дадут. А крымскому де царю потому ж обиды чинят великие». Перечисляя их, султан упоминает и не отраженный в русских источниках казачий набег на Перекоп. Первый известный поход против Крыма донские казаки совершили в 1556 г. Войско во главе с атаманом М. Черкашенином, возглавлявшим казаков, живших на Северском Донце, на стругах по р. Миус спустилось в Азовское море, пересекло его и разорило окрестности Керчи.

Приток русского населения в Дикое Поле возрос в конце XVI в. в связи с усилением податного гнета в центральных областях Русского государства, разоренного Ливонской войной и опричниной. Им на руку был старинный обычай казаков не выдавать беглых русскому правительству. Москва стремясь унять казачьи разбои и использовать их военный опыт для борьбы с татарской угрозой, стало привлекать вольных казаков к государственной пограничной службе. Как пограничная стража служилые казаки раньше всего появились на южных «украйнах», где существовала постоянная опасность вражеского нападения. Они сыграли очень важную роль при реорганизации в 1571 г. сторожевой и станичной службы, заменив отряды детей боярских, которые были возвращены в полковую службу. До середины XVI казаки не включались в состав русского войска, однако их действия в южнорусских степях становились все более заметными.

Эпизодические контакты Московского правительства с донскими казаками начались в конце 40 – начале 50-х годов XVI в., а в 70-е гг. приобрели постоянный характер. Первое упоминание о «приборе» донских казаков на московскую службу относится к 1549 г. Помимо дозорной и походной службы правительство прибегало к помощи казаков для охраны посольств и торговых караванов, обещая им жалованье, главным образом, сукнами, селитрой и свинцом, в которых казаки очень нуждались.

Еще одним центром вольного казачества являлась нижняя Волга. В официальных бумагах того времени сохранились имена казачьих атаманов живших на Волге: В. Мещерский и П. Путивлец. Первоначально Московское правительство пыталось договориться с волжскими казаками миром. В 1557 г. на Волгу был направлен Л. Филимонов, пользовавшийся полным доверием Москвы. Казаки не послушались Филимонова и убив его напали на шедший вниз по Волге торговый караван. Расхищенной оказалась и государева казна, отправленная тогда в Астрахань. Это нападение зафиксировано в официальных документах как выступлением казаков против русского правительства. На Волгу направили войска, включавшие дворянские сотни и стрельцов. В результате нескольких сражений казачьи войска были разбиты, многие казаки погибли. В 1581 г. правительственные войска на Волге разгромили еще один казачий отряд. Возглавлявший его атаман Д. Бритоус был взят в плен и повешен.

Вынужденные покинуть Волгу, казаки ушли к своим братьям на Кубань и Дон, но часть их двинулись за Волгу. В конце июня — начале июля 1581 г. отряд атамана Нечая напал на ногайцев, разорив их столицу Сарайчик, располагавшуюся в низовьях реки Яик (Урал), положив тем самым начало яицкому казачеству. Окончательно казаки утвердились на Яике в 1586 г., поставив на Кош-Яицком острове напротив устья реки Илек постоянный городок. К концу XVI в. казачьи городки находились по всему Яику. С 1591 г. уральские казаки служили в рядах русского войска. Власть московского царя яицкие казаки признали при Михаиле Федоровиче, а до этого, по их воспоминаниям, «жили…немалое время своевольно, ни под чьею державою».

Важной вехой в истории терского и гребенского казачества стало построение в 1567 г. Терского городка, заложенного в месте впадения Сунжи в Терек. В 1592-1593 гг. 600 вольных казаков «с Терка» совершили нападение на турецкие владения на Таманском полуострове. Московское правительство прекрасно понимало сложность положения на Дону, Кубани, Тереке, Волге и других казачьих реках, где находились как сторонники, так и противники сближения с Русским государством, опасавшиеся распространения московской веры и порядков на свои территории. В 1574 г. Иван Грозный в ответ на жалобы ногайского князя на умножившиеся разбойные нападения на его владения казаков предложил ему своими силами уничтожить донских казаков, которые «не по нашему велению на Дону живут». Тогда же воеводам пограничных городов предписывалось казнить всех объявившихся в их крепостях казаков. В 1592 г. русскому правительству удалось договориться с Низовым войском Запорожским о совместной борьбе с крымскими татарами и Азовскими казаками и выплачивать им денежное и хлебное содержание. Периодически царское жалованье получали кроме запорожских волжские, терские и яицкие казаки. Отношения русского правительства с казаками вскоре вновь испортились. В конце XVI в. правительство предприняло попытку взять юрты донских казаков под свой постоянный контроль. На требование Москвы государевым «делом промышлять» под началом головы П. Хрущова донцы ответили категорическим отказом. По сообщению летописца, «казакам от царя Бориса было гонение велие: не пушали их ни на какой город, куды они не придут, и их везде имаше и по темницам сажаху». Но уже в 1614 г на Дон было прислано царское знамя и казна. Направляя на Дон «казну» Москва нанимала донцов на борьбу с татарами, ногаями и азовскими казаками. Расчет русских властей оправдался.

Процессу не смогли помешать даже происходившие в 1617-1618 гг. волнения на Дону, когда был «выбит» из круга сторонник Москвы атаман С. Чертенский. Возглавившие Войско Е. Радилов и И. Мартемьянов сохранили союзнические отношения с Россией. Накануне Смоленской войны в 1632 г. правительство попыталось связать донцов присягой, предложив их атаманам подписать текст особой крестоприводной записи, однако эта акция полностью провалилась. На верность царю присягнули лишь находившиеся в Москве атаманы Б. Конинский и Т. Лебяжья Шея. Только после подавления восстания Степана Разина донские казаки признали верховную власть Москвы над Доном. Однако Войско Донское сохранило значительную автономию и право освобождать «от всяких бед» беглых людей и казаков. Широчайшие привилегии донского казачества отмечал Котошихин: «И дана им на Дону жить воля своя, и начальных людей меж себя атаманов и иных избирают, и судятся во всяких делах по своей воле, а не по царскому указу».

То есть к середине 17 века все казачьи рода попали под влияние Москвы. Непримиримыми оставались только Азовские(Кубанские казаки). «Казачий словарь-справочник» говорит о них: «КУБАНСКИЕ КАЗАКИ — коренные жители правого берега р. Кубань и Приазовья. Имя рода «казак» встречается в разных начертаниях высеченным на камнях в текстах греческих и римских инскрипций Меотиды и Танаиды уже в античную эпоху н. эры. Там оно писалось, как Касакос, Гасакос, Касагос, (В. В. Латышев, Вс. Миллер Язык Осетин)».

В 1708 г. Донской атаман Булавин, возглавивший восстание против Москвы, и его помощники направили к Кубанским казакам свою грамоту: «От донских атаманов-молодцов, от Кондратия Афанасьевича Булавина и от всего Великого Войска Донского… Кубанским Казакам, атаману Савелию Пахомовичу или кто протчии атаманы обретаютца и всем атамана-молодцам челобитье и поздравление. Милости у вас атаманов-молодцов слезно просим и Бога молим, и ведомо вам чиним, что послали мы Войском на Кубань в Ачюев к Хосяну-паше и к Сартлану-мирзе свое войсковые письма об мировом между вами и нами и крестном состоянии, как жили и наперед сего старые Казаки…. И хотели было послать к вам, атаманы-молодцы, своего Казака, а твоего, Савелий Пахомович, племянника Антона Ерофеева с теми же тор-говыми людьми, с которыми письма посланы к Хосяну-паше и к Сартлану-мирзе. И мы о том ныне поопасались с сим письмом его, Антона, к вам послать потому, что от неправедных бывших наших старшин Кубанцы многие сиры и разорены….. А ныне на реке у нас Казаков в едином согласии тысяч со сто и больше, а наперед что будет, про то Бог весть, потому что многие русские люди бегут к нам на Дон денно и нощно с женами и детьми от изгона царя….» В конце письма просят ничего не рассказывать о своей переписке с Доном никаким русским людям, если бы они там оказались. Это значит, что среди Кубанских Казаков обычно русских не было, а их общины состояли из людей, которые знали, «как жили и наперед сего старые Казаки».

«Кубанские казаки как некогда в Золотой Орде, сохраняли веру отцов, не платили налогов, жили по своим обычаям с выборными атаманами, могли заниматься добычей нефти, скотоводством и рыболовством». Когда турки оставили Тамань то Москва усилила попытки взять их под свою власть. Через шесть лет после ухода турок, в августе месяце 1783 г., после жестоких боев с полками Суворова, они всем Войском отошли к Анапе. Там собралась и их сильная морская флотилия. 18 сентября на думбасах и морских чайках отплыли Кубанские казаки к берегам малой Азии, но не все, часть семей осталась среди горцев и смешалась с Адыгейцами. Оставшимся пришлось смириться с неизбежностью и склонить головы перед Русской царицей. Через девять лет в 1792 г. пустое место, ушедшего с Кубани Великого Войска Кубанского заняли лояльные царскому правительству бывшие Запорожские Казаки, названные теперь Черноморскими. Древняя Земля Касак, покрылась десятками новых казачьих поселений с названиями прежних запорожских куреней. А в 1794 г. к ним на помощь принудительно были переселены Казаки с Дона.