Русь Великая

lsvsx


Всё совершенно иначе!

Истина где-то посередине. Так давайте подгребать к ней не теряя достоинства.


Previous Entry Share Next Entry
Неожиданные сведения о древней истории Монголии и монголо-татарском иге на Руси (Продолжение)
Русь Великая
lsvsx

НАЧАЛО ТУТ

Ганнибал и Суворов предприняли переход через Альпы ввиду крайней, жесточайшей необходимости. Этот неожиданный маневр оба раза застает противника врасплох и является решающим во всей военной кампании. Жертвы, понесенные во время перехода, оправданы последующим оглушительным успехом. Впоследствии это позволило спасти тысячи жизней солдат и в конечном итоге принесло победу.

Какие же мотивы могли толкнуть монголов совершить горный переход? Переходить горы им никто не приказывал. Они ни за кем не гнались. Их никто не преследовал. Военной либо какой другой необходимости не было. Тогда зачем?

Это как раз тот случай, когда любопытство или даже глупость не может стать объяснением поступка. Причины просто НЕ БЫЛО! Или, говоря научно, мотивация отсутствовала. Если бы речь шла об одном человеке, можно было свалить на паранойяльный синдром (монотематический бред без галлюцинаций) или синдром олигофрении, но чтобы двадцать тысяч разом вот так ни с того, ни с сего…

А вы лично что-нибудь слышали о переходе монголов через Кавказский хребет? Нет? И не услышите. И знаете почему? Потому что, если о нем узнают, например, кавказские жители, которые сегодня свято верят в монголо-татарское иго, они же первые возмущенно спросят: «Какой идиот такой переход придумал?» Знают местные жители, что через хребет перейти невозможно. Вот и весь ответ. Это невозможно! Придуманный переход могли совершить только придуманные монголы.

Поэтому в учебниках истории вы никогда не наткнетесь на его описание. Историки стыдливо об этом не упоминают. Так появились монголы в районе современной Осетии и поехали к реке Калке. Откуда появились? Да какая разница. Кто где хочет, тот там и появляется. Запрещено, что ли? Главное же не в этом. Чего к мелочам цепляться?
Раз уж мы завели речь об этих двух «замечательных» туменах, необходимо обратить внимание еще на одну особенность. Ведь это те самые знаменитые тумены, которые добрались до Калки и нанесли сокрушительное поражение всей Киевской Руси, включая ее союзников половцев.

Битва на Калке, как мы помним, состоялась в 1223 году, а отправились в путь указанные тумены в 1220 году из стана самого Чингиз-хана. За три года они прошли большой и славный путь. В северном Иране они захватили города: Хар, Симнан, Кум, Зенджан, Хамадан, Казвине, Рей и многие другие. Прошлись по территории Ирака, Армении, Азербайджана, Грузии. Им постоянно приходилось вести кровопролитные сражения.

Если взять географическую карту и посмотреть, где проводились битвы и штурмы крепостей, то мы увидим сплошь горный ландшафт. Причем горы очень высокие достигают четырех тысяч метров высотой и более. Каждая крепость в горах является узлом караванных горных троп. Своего рода преграда на входе в ущелье. Всего в хорезмской цепи укреплений таких крепостей было более тысячи. Строительство многих крепостей по своим масштабам не уступало египетским пирамидам. Строились крепости в таких местах, что подходить к ним можно было только поодиночке, т.е. к крепости подходила одна-единственная тропа. И полноценно сражаться мог только «передний» нападающий. Сама же тропинка хорошо просматривалась защитниками крепости и легко простреливалась из нескольких десятков бойниц.

Такое расположение крепости позволяло держать неприступную оборону независимо от количества нападавших и исключало применение нападавшими камнебитных машин и штурмовых приспособлений.

Тем не менее, как нас убеждают историки, монголам не составляло никакого труда захватывать эти крепости. Что ж, пусть так. Но каковы при этом были людские потери у монголов? Быстрый захват таких крепостей требует огромных человеческих затрат. Даже не военному человеку должно быть понятно, что наступательный бой требует больше человеческих жертв, чем оборонительный. Оборонительный бой более экономичный и менее затратный.

Наступательный бой может иметь успех, если имеется хотя бы шестикратный перевес в живой силе. А когда речь идет о штурме крепостей, тут людей жалеть не приходится, и шестикратный перевес в данном случае мал. К обороне переходят, чтобы спасти людей и когда нет сил для наступления. Монголы же используют только наступательную тактику. Сколько должно остаться монголов после столь интенсивной военной кампании? Ведь монголы действуют автономно. Только через три года Чингиз-хан посылает на их поиски третий тумен, который настигает пропавших на Калке. Значит, все это время, т.е. три года, пополнение личным составом данных туменов не происходило.

Само по себе это уже странно. Довольно небольшое подразделение (20 000 чел.) ведет интенсивные боевые действия на территории семи враждебных государств и не получает пополнения в живой силе. Аналогов этому в мировой истории нет.

Но вернемся к захвату крепостей. Мы уже упоминали, что штурм крепостей — самое сложное из военных искусств того времени. В последующем, с изобретением дальнобойных пушек, задача несколько облегчилась, но не кардинально.

Например, в 1803 году русские войска, под командованием князя Цицианова, штурмовали крепость Ганжа (Азербайджан). В состав русских сил входил пехотный корпус, Севастопольский мушкетерский и 15-й егерский полки. Уместно вспомнить, что в составе армейского корпуса проходили службу 700 конных татар. Данная операция прошла успешно. Крепость была взята. Турки потеряли 1700 человек убитыми. Русские потери составили 380 человек.

Но это скорее исключение. Чаще всего крепости оставались неприступными. В 1552 году венгерская крепость Эгер продержалась 33 дня. Турки, не глядя на применение самых совершенных штурмовых механизмов, вынуждены были отказаться от дальнейшей осады из-за потерь. Точные данные о потерях турок не приводятся. Сообщается только, что они были огромны.

Осовецкую крепость в 1915 году безуспешно осаждали 40 немецких батальонов. По крепости непрестанно били 68 тяжелых орудий. Ничего не помогло. Крепость продержалась 190 суток и была оставлена только по приказу высшего российского командования.

Подобных примеров можно приводить тысячи. Остается удивляться, что для монгольского двадцатитысячного отряда неприступной оказалась всего одна крепость — Дербент. При этом не следует забывать, что дальнобойных пушек еще не изобрели, а протащить камнебитные орудия по горным тропам невозможно.

Но главная тема нашего разговора — это не крепости. Мы пытаемся установить, какие же потери понес 20 000-й отряд за три года ведения войны. Ведь ему пришлось встречаться еще в открытых сражениях с армиями целых государств. Например, с армией Грузии. Грузин, по данным ученых, в первом сражении погибло 13 000. Данные о монгольских потерях не приводятся, хотя можно предположить, что потери с монгольской стороны также должны исчисляться тысячами.

Затем в северокавказских степях монголы столкнулись с аланами. Далее они вступили в сражение с войсками половецкого хана Котяна. Мы уже не считаем, что люди, бывает, мрут от болезней и несчастных случаев (попал под камнепад, снежную лавину, унесло горным потоком и т.д.). Давайте установим хотя бы размеры боевых потерь.
Конечно, потери эти можно подсчитать только приблизительно. И численный разнос в полученных данных из-за разности методик подсчета будет велик. Данные потерь у нас получились такие:

минимальные потери должны составлять 30 000 человек;
потери, рассчитанные путем сравнения с потерями других армий в похожих ситуациях, могли составить 200 000 человек.

Исходя из полученных данных, указанное войско монголов должно было подойти к Калке (просим прощения за отрицательные величины) в составе: от минус 10 000 до минус 180 000 человек.«Плюсовых» величин, еще раз просим прощения, никак не получается. Так что монголы разбили русов отрицательными числами, что еще обиднее для Руси.

Вернемся еще раз в Среднюю Азию. Осталась там невыясненная одна техническая деталь. Монголы все скачут и скачут по горам и песчаным пустыням, а если на их пути встает неприступный город-крепость, они начинают его обстреливать из камнебитных орудий. Откуда же берутся огромные, тяжеленные машины, если они скакали во весь опор, не останавливаясь, и даже спали, не слезая с лошадей? Чувствуется, как Ян пишет и сам удивляется, действительно, откуда? Но потом он находит выход: «А с ними были китайцы, они в срочном порядке «настругивают» катапульт, когда надо».

Читаешь и думаешь: «Действительно, напилили деревьев твердых пород, шурупы с собой были, чего еще надо?» Но! Как бы объяснить жителю средней полосы? Нету там деревьев твердых пород. И нетвердых тоже нет. И вообще никаких нет. Песчаная пустыня сменяет глинистую, дальше опять песчаная. В пустынях дубы не растут. В пустынях самые «могучие» стволы — это стволы верблюжьей колючки. Но их не строгают, их заваривают от поноса, а остальное — все из глины. Забор, метр толщиной, из глины. Стены дома — из глины. Крыша, подумали, из соломы? Нет — из глины. Полукругом, как банка от «Пепси», распиленная вдоль. Посуда из глины. И детские игрушки из глины. Из мебели у зажиточного афганца-таджика сегодня кремневое ружье 17 века; «Тойота-Датсон», судя по внешнему виду, ровесница ружья и магнитофон на батарейках. Все! Остальное глина.

Поэтому слепить из глины камнеметательные машины даже искусные китайцы были не в силах. И длинных крепких лестниц, чтобы лезть на крепостную стену, изготовить было не из чего. Это все обычно готовится заранее, не спеша. Медленно транспортируется к месту использования. Средства транспортировки тоже требуют специального изготовления, и тоже из твердых пород. Уж такие-то мелочи Ян должен был понимать.

Монгольская конница для степи — это сила. Монголы могли покорить огромные, но открытые пространства. Восточные города брали хитростью и обманом. Самое сильное оружие на востоке — это подкуп. Против него ни одна крепость не устоит. А что касается гор, северных лесов и «некоррумпированных» крепостей, тут монголам делать нечего. Не их стихия. Понавешали на монголов явно лишку.

Большие разногласия с остальными историками имеются у Яна в отношении смерти — ритуала захоронения и способов погребения. К могилам у историков, особенно у археологов, отношение особое. Они «живые» свидетели прошлого. По месторасположению могильников получили названия былые культуры: хвалынская, репинская, суворовская, новоданиловская, константиновская, нижнемихайловская, михельсбергская, кемиобинская и т.д. По могилам определяют уровень культуры, быта, религиозности населения, знакомятся с мифологией, а главное, по захоронениям четко прослеживается маршрут движения того или иного народа.

Способ захоронения монголов, описываемый Яном, единственный и уникальный в своем роде. Его никогда не существовало до монгольского ига, и после ига монголы резко переменили «способы» похорон. Способ монгольских похорон можно назвать, как «никакой». Ян описывает, что монголы своих погибших вообще не хоронят.
Понимая, насколько глупо это звучит, вынуждены привести литературное описание Яна из романа «Чингиз-хан».

«Вокруг Гурганаджа монголы потеряли очень много своих воинов, и кости павших образовали целые холмы, которые потом много лет были видны между развалинами».

Не будем приводить рассказы Яна о том, как ожиревшие собаки обгладывали кости убитых монголов. И так наглядно видно. Ян утверждает, что погибших монголов вообще не хоронят. А ведь в этой, казалось бы, явной глупости скрыт большой смысл. Ведь раз монголов не хоронят, значит, нет могил. Значит, нельзя определить маршрут их движения. Это очень важный момент для радетелей монгольского ига, это их «больное место». Пиши про монголов любую залипуху. Доказать ничего нельзя и опровергнуть тоже. Когда их спрашивают: «Где же монгольские могилы?», они округляют глаза и говорят: «Какие могилы? Всех собаки съели». Но опять вынуждены огорчить Яна. На Востоке даже сегодня настолько плохо с питанием, что бродячих собак там нет. Бродячая собака такой же продукт питания, как джейран или кролик. Не Москва там, ребята! Поэтому спрятаться за бродячими собаками не удастся, ввиду отсутствия самих бродячих собак.

Ян с удовольствием бы написал, что самого Чингиз-хана тоже сожрали бродячие собаки, но постеснялся, все-таки «владыка мира». Даже «владыки мира» помельче всегда интересовались, как будет выглядеть их могилка — Хеопс, Тимур, Ленин, наконец. Каждому хочется иметь пирамидку, гробницу, мавзолей. Хочется, чтоб твоим именем город назвали или улицу на худой конец. Римские императоры — те в свою честь месяцы называли: июль — Юлий Цезарь, август — Август Цезарь. Очень такие вопросы всех великих царей интересовали. Как же объяснить, что начиная с Чингиз-хана не известно захоронения ни одного монгольского «владыки мира»? Вы сможете это объяснить? Нет. А Ян смог. Хоть, понятно, было не просто. Ян нашел объяснение. Оказывается, все монгольские владыки обладали удивительной, беспредельной, непомерной, космической суперскромностью.

Когда Чингиз-хан помирал, он, по словам Яна, попросил: «Закопайте меня там, чтоб никто не догадался где». Вот такой скромный монгольский парень.

Другие историки описывают, что, когда везли тело Чингиз-хана, то убивали всех, кто попадался по пути, для сохранения секретности. Это-то как они узнали, объясните, пожалуйста? Если всех убили, кто же тогда об этом смог рассказать?

В 21 веке, когда монголы обнаружили, что у них полностью отсутствует история, они поставили памятник Чингиз-хану размером с десятиэтажный дом. А раньше чего-то руки не доходили. Забавная история про 800-летнюю скромность.
В 2008 году в Монголии произвели раскопки погребального кургана. Курган действительно оказался погребальным. Достали множество предметов, костей и даже золотую колесницу. Казалось бы, вот они, следы монгольского великолепия. Как назло, и предметы, и кости, и даже колесница оказались китайскими — династии Минь. А с монгольскими пока напряг, причем полный!

Теперь Ян подводит нас к еще одной замечательной теме. Хочется обозначить ее, как «изнанка желтого следа». Дело в следующем. Ян описывает тяжелую жизнь мусульман, а затем и славян в монгольском рабстве. Сахарный тростник, как неграм в Америке, конечно, корчевать не требуется. Да и вообще делать особо ничего не требуется. Нечего у них, монголов, рабам делать. Так, за стадом приглядеть, самому с коня не свалиться. Но все равно жизнь тяжелая.

В каждой монгольской семье, по словам Яна, набирается до двадцати рабов. По всей Монголии строятся ремесленные городки, куда привозят самых искусных мастеров. И все везут и везут рабов. И так не одну сотню лет. Судя по темпам, рабское население должно в 5-10 раз превышать коренное. Куда там Риму со своей жидкой рабовладельческой структурой? При этом в Монголию увозятся только лучшие ремесленники. При таком количестве разнообразных мастеровых Монголия к 15 веку должна была обрасти мегаполисами. К 18-му — создать ядерное оружие. К 19-му — освоить Луну.

Ладно, мы не спрашиваем, где монгольские «Тойоты» и «Челенджеры». Но скажите, куда белые рабы подевались? Где потомки рабов европеоидной расы? По данным Министерства обороны РФ, в Монголии на сегодня проживают свыше 80% — монголы, остальной процент делят: казахи, буряты, дэрбэты и дариганги. А где русские, украинцы, курды, белуджи, осетины, карелы, мордва, удмурты, абхазы, адыгейцы, кабардины, ингуши, аварцы? В конце концов, где татары?

Не хочется снова про Америку, но там же никто не спрашивает, куда черные рабы делись? На месте они все. Живут себе, размножаются. Правами обзавелись, теперь их «качают». Не пропали, стало быть.

Можно еще пример привести. Может, не столь наглядный, но такой же нехороший. Венгрия 100 лет находилась под игом Турции. Турки в течение всего этого периода вывозили в Турцию самых красивых венгерских девушек. Оставшихся насиловали. И хотя турки (тюрки) и мадьяры (финно-угры) относятся к европеоидной расе, следы столетнего турецкого ига видны по сей день. Венгров (мадьяр) обзывают цыганами за смуглую кожу, черные волосы и характерный изгиб носа (явно турецкий). А турчанки считаются одними из самых красивых женщин мира. Мировые конкурсы красоты это неоднократно подтвердили. Так что перемешивай, как хочешь, а от своего биологического отца не замаскируешься. Значит, как по пути монгольских войск должен был тянуться«желтый след», так и по всей Монголии от «белых» рабов должен тянуться «белый след».

Где потомки рабов-европеоидов, привезенных монгольскими узурпаторами? Где их резервации? Где душераздирающие рассказы о восстаниях белых рабов в Монголии? Где громкие заявления общественности о тяжелом положении монгольских рабов? Где декларация об отмене рабства в Монголии?

А при наличии в Монголии такого количества «европеоидных» рабов, как описывает Ян, большая часть населения вообще должна иметь европеоидные признаки. Чего опять нет! Хоть ты тресни!

Известнейший итальянский путешественник Марко Поло также оставил записи о Чингиз-хане. Мы хотим привести их. Записи итальянца не стыкуются с мнением «отечественных» историков. Но это повод не отвергать их, а наоборот, внимательнее к ним присмотреться.

Книга Марко Поло:

«Глава 114. Татары (в точности перевода этого слова мы не уверены. Возможно, в перевод вместо монголов татары вставлены умышленно), нужно знать, жили на севере, в Чиорчие; в той стране большие равнины, и нет там жилья, ни городов, ни замков, но славные там пастбища, большие реки и воды там вдоволь. Не было у них князей, платили они великому царю и звали его по-своему Унекан, а по-французски это значит поп Иван; это тот самый поп Иван, о чьем великом могуществе говорит весь свет. Татары платили ему дань, из десяти скотов одну скотину.

Случилось, что татары сильно размножились; увидел поп Иван, что много их, и стал он думать, не наделали бы они ему зла; решил он расселить их по разным странам и послал воевод своих исполнить то дело. Как услышали татары, что поп Иван замышляет, опечалились они, да все вместе пустились в степь, чтобы поп Иван не мог им вредить. Возмутились против него и перестали ему дань платить. Так они прожили некоторое время.

Глава 115. Случилось, что в 1187 году татары выбрали себе царя, и звался он Чингиз-хан, был человек храбрый, умный и удалой; когда, скажу вам, выбрали его в цари, татары со всего света, что были рассеяны по чужим странам, пришли к нему и признали его своим государем. Страною этот Чингиз-хан правил хорошо. Что же вам еще сказать? Удивительно даже, какое тут множество татар набралось.

Увидел Чингиз-хан, что много у него народу, вооружил его луками и иным оружием и пошел воевать чужие страны. Покорили они восемь областей; народу зла не делали, ничего у него не отнимали, а только уводили его с собою покорять других людей. И так-то, как вы слышали, завоевали они множество народу. А народ видит, что правление хорошее, царь милостив, и шел за ним охотно. Набрал Чингиз-хан такое множество народу, что по всему свету бродят, да решил завоевать побольше земли.

Вот послал он своих послов к попу Ивану, и было то в 1200 г. по Р.Х.; наказывал он ему, что хочет взять себе в жены его дочь. Услышал поп Иван, что Чингиз-хан сватает его дочь, и разгневался:

«Каково бесстыдство Чингиз-хана! — стал он говорить. — Дочь мою сватает! Иль не знает, что он челядинец и раб! Идите к нему назад и скажите, сожгу дочь, да не выдам за него; скажите ему от меня, что следовало бы его как предателя и изменника своему государю смертью казнить!»

Говорил он потом послам, чтобы они уходили и никогда не возвращались. Выслушали это послы и тотчас же ушли. Пришли к своему государю и рассказывают ему по порядку все, что наказывал поп Иван.

Глава 116. Услышал Чингиз-хан срамную брань, что поп Иван ему наказывал, надулось у него сердце и чуть не лопнуло в животе; был он, скажу вам, человек властный. Напоследок заговорил, да так громко, что все кругом услышали; говорил он, что и царствовать не хочет, коли поп Иван за свою брань, что ему наказывал, не заплатит дорого, дороже, нежели когда-либо кто платил за брань, говорил, что нужно вскорости показать, раб ли он попа Ивана. Созвал он свой народ и зачал делать приготовления, каких и не было видно и не слышно было. Дал он знать попу Ивану, чтобы тот защищался, как мог, идет-де Чингиз-хан на него, со всею своею силою; а поп Иван услышал, что идет на него Чингиз-хан, посмеивается и внимания не обращает. Не военные они люди, говорил он, а про себя решил все сделать, чтобы, когда Чингиз-хан придет, захватить его и казнить. Созвал он своих отовсюду и из чужих стран и вооружил их; да так он постарался, что о такой большой рати никогда не рассказывали.

Вот так-то, как вы слышали, снаряжались тот и другой. И не говоря лишних слов, знайте по правде, Чингисхан со всем своим народом пришел на большую, славную равнину попа Ивана, Тандук, тут он стал станом; и было их там много, никто, скажу вам, и счету им не знал. Пришла весть, что идет сюда поп Иван; обрадовался Чингиз-хан; равнина была большая, было где сразиться, поджидал он его сюда, хотелось ему сразиться с ним.
Но довольно о Чингиз-хане и об его народе, вернемся к попу Ивану и его людям.

Глава 117. Говорится в сказаниях, как узнал поп Иван, что Чингиз-хан со всем своим народом идет на него, выступил он со своим против него; и все шел, пока не дошел до той самой равнины Тандук, и тут, в двадцати милях от Чингиз-хана, стал станом; отдыхали здесь обе стороны, чтобы ко дню схватки быть посвежее да пободрее. Так-то, как вы слышали, сошлись на той равнине Тандук две величайшие рати.

Вот раз призвал Чингиз-хан своих звездочетов, христиан и сарацинов и приказывает им угадать, кто победит в сражении — он или поп Иван. Колдовством своим знали то звездочеты. Сарацины не сумели рассказать ему правды, а христиане объяснили все толком; взяли они палку и разломили ее пополам; одну половинку положили в одну сторону, а другую в другую, и никто их не трогал; навязали они потом на одну половинку палки чингисханово имя, а на другую попа Ивана.

«Царь, — сказали они потом Чингиз-хану, — посмотри на эти палки; на одной твое имя, а на другой попа Ивана; вот кончили мы волхование, и чья палка пойдет на другую, тот и победит».

Захотелось Чингиз-хану посмотреть на то и приказывал он звездочетам показать ему это поскорее. Взяли звездочеты-христиане псалтырь, прочли какие-то псалмы и стали колдовать, и вот та самая палка, что с именем была Чингиз-хана, никем не тронутая, пошла к палке попа Ивана и влезла на нее; и случилось это на виду у всех, кто там был.

Увидел то Чингиз-хан и очень обрадовался; а так как христиане ему правду сказали, то и уважал он их завсегда и почитал за людей нелживых, правдивых.

Глава 118. Вооружились через два дня обе стороны и жестоко бились; злее той схватки и не видно было; много было бед для той и другой стороны, а напоследок победил-таки Чингиз-хан. И был тут поп Иван убит.

С того дня пошел Чингиз-хан покорять свет. Процарствовал он, скажу вам, еще шесть лет от той битвы и много крепостей и стран покорил; а по исходе шести лет пошел на крепость Канги, и попала ему тут стрела в коленку; от той раны он и умер. Жалко это, был он человек удалой и умный».

Чувствуется, не знаком Марко Поло с современными историческими трудами. Ну очень не похоже это на нынешние рассказы про Чингиз-хана. Выходит, это русы собирали с монголов дань, а Чингиз-хан освободил монголов от русского ига. Что делать? Марко Поло информацию от самих монголов получал, в отличие от наших ученых.

О.Ю. Кубякин, Е.О. Кубякин «Криминал как основа происхождения Русского государства и три фальсификации тысячелетия»

  • 1
Венгры чернявые не из за турок, а потому что сами потомки восточных кочевников мадьяр и местных фрако- иллирийцев. Это народ смешанного происхождения.

"Читаешь и думаешь: «Действительно, напилили деревьев твердых пород, шурупы с собой были, чего еще надо?» Но! Как бы объяснить жителю средней полосы? Нету там деревьев твердых пород. И нетвердых тоже нет. И вообще никаких нет. Песчаная пустыня сменяет глинистую, дальше опять песчаная. В пустынях дубы не растут. "

Не удержался, комент не дочитав ставлю.

Новый работник (дедок щупленький, худенький) устроился вальщиком леса в бригаду. Народ посмеивается и отправляет его на самую дальнюю делянку. К концу дня приходят посмотреть на результаты. Делянка чиста! Даже кустиков не осталось!
Потрясенные лесорубы пристают с вопросами к новичку:
- Ты где этому научился? Ты вообще где раньше работал?
- В Сахаре!
- Мужик, там же леса нет!?
- И здесь не будет...

Потому степи и пустыни нам остались, все на камнеметы пошло.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account