Русь Великая

lsvsx


Всё совершенно иначе!

Истина где-то посередине. Так давайте подгребать к ней не теряя достоинства.


Previous Entry Share Next Entry
К вопросу о славянских именах (Окончание)
Русь Великая
lsvsx
Окончание, начало тут...


В замечательной книге нашего современника Вадима Станиславовича Казакова «Именослов» дается ответ на поставленный в заголовке вопрос: «Вряд ли кому-нибудь теперь захочется назвать ребенка такими именами, как Закхей, Макрина, Уриил, Африкан. Народ не принял их, несмотря на все старания церкви. В обиходе остались лишь «простые» имена. Но вот что они означают, это нам и предстоит выяснить. Большинство Современных родителей называют детей бездумно, руководствуясь пословицей «хоть горшком назови, только в печку не ставь».

Большинство (более 85 %) употребляемых ныне имен не являются славянскими. Это причудливая смесь греческих, латинских и израильских кличек, прозвищ, имен и целых предложений. Например, Вениамин – сын правой руки, Варвара – балаболка, Мария – горемыка. О том, насколько нелепо выбирать имя на слух, показывает пример с Анастасией. Анастасия в буквальном переводе с греческого означает «оживший мертвец»!

Вкупе с фамилией и отчеством получаются и вовсе причудливые сочетания. Как перевести на русский «Яков Моисеевич Иванов»? А очень просто! Это же «Пятка Вынутая-из-Воды Яхве-Подарил». А что такое «Лия Трофимовна Ефремова»? Да это же «Тёлка Упитанная Плодовитая»! Почему же не назвать ребенка прекрасным славянским именем: Божена, Злата, Милена, Вячеслав или Святослав? Нет, обязательно нужно назвать Хромоножкой (Клавдией), Тюленем (Фокой) или Пяткой (Яковом).

Конечно, не всем могут понравиться имена, приводимые в «Именослове» (многие, например, стесняются назвать свою дочь Снежаной или Боженой, зато не стесняются назвать Агнессой (Овечкой) или Варварой (Балаболкой), поэтому для сравнения я приведу значения нескольких наиболее распространенных «настоящих» имен.
Далее автор этой популярной и незаменимой в славянских семьях книги дает подробный расклад всех заимствованных имен и имен славянских.

Оказывается, что широко распространенными славянскими именами являются: Владимир, Игорь, Станислав, Олег, Ольга, Светлана. Несколько десятков имен относятся к разряду имен ограниченного распространения. К категории редких славянских имен относятся еще три десятка мужских и женских имен.

Что же касается распространения территориально, то славянские имена чаще распространены в порядке возрастания в Польше, Словакии, Болгарии, Чехии и только в Сербии наблюдается превосходство родных имен над чужеземными (60-65 %).

Начиная с конца 80-х в России наблюдается устойчивый рост количества славянских имен, что говорит о проснувшемся самосознании русского народа и его стремлении восстановления связи со своими корнями. С конца 90-х годов появилась тенденция получения общинного славянского имени, в первые годы 21 столетия этот процесс приобрел массовый характер. Общинные славяские имена получают не только дети, но и их взрослые родители, дедушки и бабушки, что является хорошим признаком оздоровления нации. Тенденция эта неуклонно возрастает и дает добрую надежду на возрождение Святой Руси- Роси.

К вопросу о славянских именах

Какая судьба ждёт вашу дочь, если её назвать Горемыкой, Балаболкой, Хромоножкой, Чужой? Глупость, скажите? Но ведь многие так и делают, а «как вы яхту назовёте, так она и поплывёт»…

В настоящее время наблюдается массовый интерес к ведической культуре славян – истокам формирования древнеславянского мировоззрения. Постоянно публикуется немало академических научно аргументированных трудов по этой теме. Наблюдается рост общественного интереса к исследованию праязыка и лингвистической семантике, раскрывающей глубинный скрытый смысл языка, носителями которого мы являемся. На этом фоне обращает на себя внимание возросший интерес общества к исконным славянским именам, которые предавались забвению. В этом плане особого внимания заслуживают исторические, филологические, этнографические, этнолингвистические работы таких исследователей, как В. С. Казаков, А. И. Баженова, А. В. Суслова и А. В. Суперанская, Л. Р. Прозоров и другие.

Имянаречение имеет ряд исключительно важных аспектов как в сакрально-обрядовом, так в общественном и даже политическом плане. Во-первых, память о родных именах является показателем общей исторической памяти народа, этноса, государства. Это олицетворение взаимосвязи между поколениями, определяющее способность нации сохранять и передавать из поколения в поколение знания предков, их мировоззренческие установки, традиции, обычаи, верования как элементы культуры народа в целом. Во-вторых, способность сохранять традиции имянаречения характеризуют общий уровень культуры в обществе. В-третьих, присвоение имени у славян всегда имело особое духовное значение. Наречение новорожденного предполагало наделение его силой, наставление на путь жизни, на выполнение сакральной миссии. Другое дело, что имянаречение в конфессиональной привязке, например при крещении, носит несколько иной духовный и идейный характер. В большинстве культур имя не просто обозначало человека, а говорило о каких-то его реальных или желаемых качествах. Оно связывало носителя с миром, а не отделяло от него. По словам А.И.Баженовой, в Древней Руси существовала культура имени, учитывалась мистическая взаимосвязь поколений – духовно обязывающий смысл наречения [1]. В-четвертых, имянаречение как явление представляет собой инструмент социализации человека. И во многом от имени зависит характер человека, его темперамент, личностные качества, харизма и т.д. И, в-пятых, сохранение родных имен в тысячелетней памяти народа подтверждает духовную силу этноса, определяет национальный менталитет, способствует культурной идентичности.

Между тем, на протяжении не только советской эпохи атеизма, но и предшествовавших ей столетий происходило постепенное и планомерное выхолащивание той части народной культуры, которая проявляется в наречении детей родными именами (одном из ключевых компонентов формирования и укрепления социокультурной силы цивилизации). В этой связи представляется целесообразным определить причины произошедших изменений, установив основные вехи «стирания» исторической памяти.

Отправной точкой в этом процессе, несомненно, стало крещение наших предков князем Владимиром. После принятия христианства при политической поддержке «сверху» началось догматичное продвижение авраамической духовной традиции с соответствующими ей атрибутами (в том числе и именами, которыми нарекались люди при крещении): переписывались и уничтожались летописи, литературные памятники, агрессивно искоренялись родные имена, которые вдруг стали считаться и называться «нечистыми», «бесовскими» и т.д. Целью такой замены, носившей политико-идеологический характер, было уничтожение части национального самосознания. «Идеологи христианства писали, что переводное имя в очарованиях теряет силу»[2]. Предлагаю читателю глубже вникнуть в смысл этого утверждения: при использовании мощного административного ресурса проходило искоренение пассионарности[3], силы этноса и духовности, которая заменялась чужеземной моделью духовно-нравственного поиска и постижения Бога. Привнесенное извне было совершенно чуждо и противоестественно на уровне ментального, психологического, духовного да и бытового восприятия, что и вызвало активное отторжение. В результате большинство современных имён было заимствовано в IX-XIII вв. Эти инородные имена были объявлены «правильными», «настоящими» и занесены в святцы. С тех пор на Руси разрешалось давать имена только через церковь при крещении.

Прекрасно показана эта ситуация в повести Гоголя:

«Родильнице предоставили на выбор любое из трёх, какое она хочет выбрать: Моккия, Соссия, или назвать ребёнка во имя мученика Хоздазата. «Нет, — подумала покойница, — имена-то всё такие». Чтобы угодить ей, развернули календарь в другом месте; вышли опять три имени: Трифиллий, Дула и Варахасий. «Вот это наказание, — проговорила старуха, — какие все имена; я, право, никогда и не слыхивала таких. Пусть бы ещё Варадат или Варух, а то Трифиллий и Варахасий». Ещё переворотили страницу — вышли: Павсикахий и Вахтисий. «Ну, уж я вижу, — сказала старуха, — что, видно, его такая судьба. Уж если так, пусть лучше будет он называться, как и отец его. Отец был Акакий, так пусть и сын будет Акакий» (Н.В.Гоголь, «Шинель»)

Привычные теперь Иван, Семён, Михаил были чужды слуху наших предков. Но с церковью спорить было опасно (в XVI веке жгли даже за такой пустяк, как чтение иностранных книг), поэтому наши далекие предки, старательно выговаривая диковинные имена, искажали их до неузнаваемости. Так Иоханаан превратился в Иоанна, а затем – в Ивана. Шимон стал Семёном, а Иулиания – Ульяной. С XVII века славянские имена начинают терять своё значение, превращаясь в прозвища, пока не исчезают из употребления»[4].

В древности имянаречение, как правило, состояло из двух этапов: первое имя давалось ребенку при рождении, второе (настоящее) присваивалось человеку волхвом при достижении совершеннолетия согласно его заслугам перед родом: Огневед, Ратибор, Ярослава и т.д. Те же, кто ничем не проявил себя, оставались с теми именами, которые получили в детстве: Неждан (нежданный ребёнок), Будилко, Плакса (отсюда фамилия Плаксин)[5]. Национальное именование людей словами из родного языка было одним из сильнейших средств защиты от любого инородного вторжения, разрушающего устои и цельность сознания. Существовала еще одна древняя традиция – наречение человека тайным сакральным именем, которое было известно лишь ближайшим родственникам (светское же имя было известно всем окружающим). В народе было принято скрывать от злых сил истинное имя ребёнка до года, трёх или семи лет. Наши предки были убеждены: имя – это код, завладев которым, можно получить влияние на его носителя[6].

Постепенно значение имён забывалось. Выбор имени для ребёнка стал определяться именем отца или деда, у которых оно действительно соответствовало какому-либо их качеству. Но в итоге победу одержали имена из святцев, которые навязывало духовенство.[7] Можно выделить три основных пласта заимствований:

* израильские (Авдей, Адам, Азарий, Аким, Варфоломей, Вениамин, Гавриил, Давид, Даниил, Елизар, Елисей, Еремей, Ефрем, Захар, Иван, Илья, Михаил, Семен, Серафим, Савелий, Самсон, Фома, Яков, Ада, Анна, Ева, Елизавета, Мария и т.д.);

* греческие (византийские) (Александр, Алексей, Анатолий, Андрей, Аркадий, Артём, Архип, Афанасий, Василий, Геннадий, Георгий, Герасим, Григорий, Денис, Дмитрий, Евгений, Зиновий, Кузьма, Макар, Трофим, Тихон, Трифон, Фёдор, Федот, Филипп, Харитон, Христофор, Алла, Анастасия, Ангелина, Анисья, Анфиса, Варвара, Вероника, Галина, Евгения, Евдокия, Екатерина, Елена, Зинаида, Ксения, Лариса, Лидия, Пелагея, Прасковья, Раиса, Софья, Татьяна и т.д.);

* римские (Август, Антон, Валентин, Валерий, Венедикт, Виктор, Виталий, Дементий, Константин, Лев, Леонид, Максим, Роман, Сергей, Агнесса, Агния, Алевтина, Алина, Альбина, Беатриса, Белла (прекрасная), Виктория, Диана, Клавдия, Клара, Маргарита, Марина, Наталия, Регина и т.д.).[8]

Стоит отметить, что в качестве примеров каждого из заимствований приводится далеко не полный перечень имен, лишь наиболее распространенные сегодня. Особого внимания и отдельного рассмотрения заслуживают имена, заимствованные из других языков. К сожалению, большинство современных родителей не уделяют должного внимания значению имени на языке оригинала, принимая решение об имянаречении либо на основе собственных суждений о благозвучии, либо исходя из канонов православной христианской традиции принятия имени святого покровителя при совершении обряда крещения. Большинство употребляемых ныне имён (более 85%) не являются славянскими. Это смесь греческих, латинских и израильских прозвищ, имён и целых предложений, которые зачастую образуют весьма курьезные сочетания.

Например, Вениамин – сын правой руки, Варвара – балаболка, Мария – горемыка. По информации В.С.Казакова, Анастасия (в буквальном переводе с греческого) означает «оживший мертвец» или (в более поэтичном переводе) – «возвращенная к жизни».[9] В «грубом» переводе на русский язык «Яков Моисеевич Иванов» звучит как «пятка вынутая-из-воды Яхве-подарил».[10] (Заинтересовавшийся читатель может обратиться к указанным в сносках текстам исследователей этой тематики). Так почему же не назвать свое чадо яркими выразительными содержательными родными именами с хорошим смыслом и доброй энергетикой?

Согласно развиваемой Л. Р. Прозоровым гипотезе существования у древних славян кастовой социальной системы, в дохристианской славянской цивилизации имело место деление имён на родовые и кастовые. «Очевидно, что были имена князей и воинов, и были имена простолюдинов… Кастовый характер древнерусского общества очевиден всякому непредвзятому глазу… В былинах…говорится о «роде княженецком, боярском, поповском, крестьянском», и о том, что люди, скажем, «рода княженецкого» и «рода крестьянского» в брак вступать не могут (былина «Добрыня и Змей»). Даже предания о происхождении слоев общества из разных частей тела Божества были одинаковы в Древней Руси («Голубиная книга») и кастовой Индии («Ригведа»)»[11].

Основная причина заимствований имен – спущенная сверху «резолюция» церкви, поддерживаемая княжеской властью. Эффективность ее воздействия обеспечивал страх как универсальный способ подчинения и управления. В результате этого процесса, который явился составной частью искусственного «стирания» исторической памяти народа, утратилась Родная вера (в силу её запрета и уничтожения). Произошло искажение национального самосознания, в том числе при помощи информационно-идеологической пропаганды, «обработки» населения христианскими постулатами о смирении, терпении и т.д. Отсюда возникли негативные мифы о самих себе, в которые народ заставляли верить. В них рисовалось самобичевание как национальная черта, культивировалась «убогость», о чём так увлекательно пишет В. Р. Мединский.[12, 13]

Однако существует и другая сторона этого вопроса, связанная со следующим переломным историческим этапом в процессе «вживления» и распространения иноязычных имен. В частности, А. В. Суслова и А. В. Суперанская в своем исследовании уточняют: «Большинство русских людей и после обряда крещения продолжали вплоть до XVII века именовать своих детей по-своему, по обычаю, т.е. по-русски… Сложившийся в XIV веке способ именования, при котором разговорный вариант крестного имени сочетался с мирским прозванием…, просуществовал до XVIII века, до петровского времени, когда в деловых бумагах стали требовать написания полного имени, совпадающего по форме с церковным, а древнерусские имена перестали допускать в официальные записи»[14]. При Петре I возросла роль бюрократии. Поставленные вне закона славянские имена были таким образом вычеркнуты из жизни и, действительно, вскоре исчезли. Согласно этой версии, не Владимир, а Пётр отнял у русских русские имена, т.к. уцелели лишь попавшие в святцы Владимиры, Ольги, Борисы, Глебы и т.д.[15]

Одним из наиболее показательных моментов в истории искусственной консервации национального самосознания при помощи церкви (как политико-идеологического инструмента власти) стал период Отечественной войны 1812 г. Как известно, с цивилизационно-исторической точки зрения война всегда выступала одним из основных катализаторов экономического и социального развития государств. С другой стороны, война (особенно победы в кампаниях) являлась локомотивом роста национального самосознания. Победа русской армии над войсками Наполеона и шествие народа-победителя по Европе до Парижа способствовало всплеску национального самосознания русского народа, что неизбежно вызвало крайнюю озабоченность государственной элиты в России. Следствием этого в очередной раз стало использование церкви в целях усмирения этой мощной коллективной энергии и подавления пассионарности масс. Для этого народ, прежде всего крестьянское население, в обязательном порядке «загоняли» в приходские школы, вручали синодики и под контролем государева ока прививали христианские догмы смирения и самобичевания. Этот процесс напрямую коснулся и наречения именами. В тот период возможность выбора имени была очередной раз существенно заужена, в результате чего появилось множество однотипных повторяющихся имен из святцев.

Следующим краеугольным камнем в печальной истории утраты своих имен стала советская эра. На новом уровне и при других исторических условиях и предпосылках продолжалось «клонирование» бесчисленного количества однообразных заимствованных имён. В результате мы имеем то, что имеем: Саши, Сережи, Лёши, Кати, Маши, Тани и т.д. А почему не имена, возвеличивающие свой народ, его древний язык, историю и культуру: Пересвет, Ярослав, Святослав, Доброслав, Добрыня, Ратибор, Велеслав, Ладимир, Ладислав, Любояр, Велеслава, Даролюба, Добромила, Добронрава, Ждислава, Желана, Зарена, Красимира, Купава и многие-многие другие?[16]
Но обратим взгляд на Запад, в сторону принявших христианство западнославянских этносов. Здесь мы видим, что у ставших католиками чехов, поляков, словенцев, словаков, православных сербов остались в обиходе их (они же и наши) древние родные имена. Там наряду с заимствованными без труда можно встретить: Яромир, Любомир, Боян, Бранко, Родослав, Далибор, Доброслав, Златко, Златан, Злата, Лада и т.д. Красиво, понятно и содержательно, неправда ли? Неизбежно возникает вопрос: почему и при содействии каких обстоятельств эти народы сумели сберечь имена предков как часть традиционной культуры? Историческая, генная память этих этносов сохранилась несмотря на известное догматическое давление католичества, что не может не вызывать уважения и восхищения. В этом плане нам есть с кого брать пример на пути возвращения к истокам.

Переводя суть вопроса из теории в политическую практику нашей действительности, неизбежно напрашивается главный вывод: чрезвычайно важно помнить, что знание истинного величия и древности своей истории, осознание глубинной, природной, космогонической взаимосвязи между поколениями – прошлыми, нынешними и грядущими – являет собой источник колоссальной силы, коллективной энергии, которую так боятся потенциальные и реальные противники государства Российского. Это могло бы стать одним из ключевых инструментов консолидации русского общества – социокультурного стержня современной России – и укрепления государственности в целом.
Славян родные имена. Боромир Боровчак

Моя статья — об исчезающих двучленных старославянских именах. Почему Старославянских? Потому что ученые в Польше, например профессор Малец из Института польского языка Польской Академии Наук в Кракове, и в Югославии, например профессор Циркович из Университета в Новом Саде, согласны в том, что именно двучленные имена являются наиболее архаичными, наиболее типичными и имеющими большее отношение к древней славянской общности и ее элитам.

Имена, состоящие из двух слов, имели свой глубокий смысл и произношение. К сожалению, сегодня СЛАВЯНЕ уже не понимают значения своих имен. Хуже всего, однако, то, что имен этих становится все меньше. (В Польше всего каких-то 10% от всех имен).

Поэтому своими рефератом я хочу призвать к спасению «старославянских двучленных имен». Их нужно спасти любой ценой, поскольку (воспользуюсь цитатой) «Имена создают систему, которая, выделяясь из всего языка некоторыми специфическими чертами, составляет одновременно часть традиции права и обычаев каждого общества» (Тадеуш Милевский, 1969). Эта великолепная традиция права и обычаев присутствует одинаково во всех славянских странах по причине общего происхождения и общего этнического начала. Систему славянских имен следует провозглашать и распространять, чтобы она не исчезла и стала более популярной и даже обязательной во всех славянских странах.
Угрозы

Причиной исчезновения славянских имен является процесс акультурации. Я рассмотрю эту проблему с точки зрения Польши и поляка. Сейчас самым опасным является бедствие под названием американизация. Я буквально выхожу из себя, когда еду в поезде и слышу, как отдыхающие призывают своих чад к порядку. Встречаются такие имена, как Анжелика, Линда, Лари, Марк, Денис, Роб, Маркс, Энди, Валентинка… Это, конечно же, результат наплыва низкопробной американской или немецкой поп-культуры, особенно бессодержательных фильмов и телепрограмм. До 1989 года таких имен в Польше не было совсем, благодаря четким действиям цензоров и Министерства культуры и искусства. По именам в Польше можно также легко заметить влияние немецкой культуры и извечного «Drang nach Osten». Робертов, Конрадов, Каролей и Генриков у нас уже миллионы. Фактически из Германии в Польшу прибыло и христианство, а с ним и Библия и многочисленные гебрайские имена. Несмотря на их ополячивание, значительное число ближневосточных имен указывает на уровень упадка традиции славянской культуры и обычаев. Сейчас получается, что «типично польскими» являются такие имена, как Матеуш, Лукаш, Петр, Рафал, Юзеф. По причине того, что римский папа имеет польское происхождение, популярность гебрайских имен Ян и Павел перешла границу абсурда. Я призываю хотя бы в нашем кругу — кругу людей, осознающих себя СЛАВЯНАМИ — отказаться от этих американских, немецких или гебрайских имен.

Имена, инициация и славянская культура

До и сразу после распада Славянской Общности, то есть прежде чем славянские племена вошли в орбиту влияния чуждых культур, языческая традиция и обычаи не позволяли членам племенной общности, а тем более правящей элите, отступать от канона двучленного имени (600 — 1000 года нашей эры). Ребенок становился членом общества (задруги, ополя, племени, государства), когда переходил под мужскую опеку в возрасте 7 лет. Во время обряда инициации выбиралось новое имя, а старое имя, данное независимо от пола, под влиянием чувств и импульса матери, подлежало забвению. Новое осмысленное имя должно было соответствовать характеру ребенка либо качествам, которые хотели бы в нем видеть родители, если у ребенка был слабый характер, например:


  • Богумил — пусть будет мил богу,

  • Гостерад — пусть будет отличаться гостеприимством,

  • Мстислав — пусть будет славен местью над врагами.

  • Как видно, по славянским верованиям, имя было заклятием и магическим знаком, связанным с человеком, его носящим.

  • Благодаря лексическим составляющим двучленных имен, сохраненных обычаями и традицией, мы многое узнаем о культуре и системе ценностей наших предков. Вот примеры из различных сфер жизни:

  • Жизнь (суффиксы -быт, -жир) — Властибыт, Жирослав, Домажир.

  • Положительные ценности (добро-, любо-, мило-, радо-) — Доброгост, Любомир, Радомир, Милострый.

  • Отрицательные ценности (не-) — Никлот, Немир, Нерад.

  • Смысл познания (мысли-, -мысл, -вид) — Мыслибор, Гостевид, Болемысл.

  • Общественное устройство (держи-, гради-, влади-) — Держикрай, Градислав, Владимир.

  • Гостеприимство (-гост) — Любогост, Доброгост, Радогост.

  • Военная организация (-полк, вой-) — Святополк, Воислав.

  • Боевая готовность (буди-, креси-) — Будивой, Кресислав.

  • Борьба (бори-, рати-) — Боригнев, Ратибор.

  • Достоинства воина (свято-, яро-, пако-) — Святомир, Ярослав, Пакослав.

  • Честь, слава (чти-, -слав) — Чтибор, Томислав, Болеслав.

  • Семья (брато-, -стрый, сестро-) — Братомил, Желистрый, Сестромил.

  • Собственность (семи-) — Семемысл, Семавит.

  • Вера (бог-, -бог) — Богуслав, Хвалибог, Молибог, Богухвал.



Это примеры присутствия ценностей, чувств, верований, общинного образа жизни, организации жизни в условиях войны. Следует подчеркнуть то, что в системе славянских имен отсутствуют выступающие в системе имен других индоевропейских языков названия животных (!), оружия и реалий, связанных с занятиями населения. Славянские имена также более абстрактные, чем остальные индоевропейские имена.
Виды славянских имен в Польше

В Польше, как и в других славянских странах, выступают три различающихся морфологически типа имен.

Первый тип — двучленные имена

Основные, древнейшие и самые правильные. Они состоят из двух находящихся между собой в определенном синтаксическом и смысловом отношении слов.

Характеристика этих имен была представлена выше. В Польше в период Средневековья имен такого типа использовалось около шестисот. Однако с момента принятия христианства они постепенно заменялись приходившими с Запада иудейско-христианскими именами и в конце концов на рубеже XV-XVI веков были почти полностью вытеснены. Исключение из этого правила составляли славянские двучленные имена, которые носили святые Церкви, например, Чеслав, Казимир, Станислав, Вацлав, Владислав, Войцех. Также дольше оставались в употреблении двучленные имена в дворянских семьях, что является доказательством использования двучленных имен славянскими элитами. Доказательством этому служат также имена королевских и княжеских династий на территории всего Славянского мира. В Польше славянские двучленные имена носили даже властители из династий, этнически ничего общего со Славянством не имевших: Ягеллоны (например, Владислав Варненский), Вазы (например, Владислав IV Ваза).

В XVI и XVII веках мы еще встречаем Бронислава, Дадзибога, Доброгоста, Держислава, Ярослава, Мирослава, Мстислава, Пшемыслава, Пшецлава, Владимира, Збигнева. В XVIII веке в Польше употребительность славянских двучленных имен продолжает падать. Ситуация изменяется в XIX веке в связи с интересом к прошлому Польши.

Начинают появляться календари славянских имен (например, Т.Воевудского в Варшавском Курьере за 1827 год), хотя вместе с ними начинают появляться ошибочные, искаженные формы славянских имен (например, вместо Збыгнева появился Збигнев, а вместо Семовита появился Земовит) и гибридные формы — полученные из христианских имен с прибавлением второго славянского члена, например: Ян — Янислав, Юлиан — Юлислав. Воскрешению некоторых старых славянских имен способствовала также романтическая литература, изобилующая старопольскими мотивами с подлинными старославянскими именами..

В межвоенный период популярность славянских двучленных имен продолжает возрастать, благодаря деятельности неоязыческих групп, которые обращались к мифологии славян и древней системе верований. Славянские двучленные имена популяризировались также благодаря изданию календарей и книг (например, Владислав Колодзей «Славянский календарь») и обыкновению принимать псевдонимы в виде славянского имени. К примеру, журнал «Задруга» не публиковал полного имени автора статьи — только инициалы, если имя автора не было славянским.

Сейчас в Польше действуют организации, проявляющие интерес к Славянству и требующие от своих членов обладания двучленным славянским именем, что кажется мне весьма положительным явлением (например, некоторые харцерские дружины в Кракове, краковское отделение общества «Никлот», «Крак», «Любуш»).

Каков в настоящее время масштаб использования славянских имен в Польше? Станиславов — 800 тысяч, Казимиров — 300 тысяч, Войцехов, Владиславов, Чеславов и Владимиров — по 200 тысяч, богданов — 130 тысяч. Довольно большое число также Богумилов, Богуславов, Богухвалов, Святославов. Эти имена популярны благодаря их связи с христианством. Из имен, которые с христианством имеют немного общего, популярны Збигнев (400 тысяч), Ярослав, Мирослав, Веслав, Здислав (по 200 тысяч), Пшемыслав (130 тясяч), Болеслав, Бронислав, Радослав (по 80 тысяч).

От мужских имен образуются женские формы, а их большое сходство свидетельствует о равноправии женщин, например: Станислава (300 тысяч), Казимира (145 тысяч), Владислава (140 тысяч), Чеслава (100 тысяч). Популярны также: Вацлава, Бронислава, Людмила, Доброслава, Славомира, Збигнева, Здислава.
Второй тип — формы имен, происходящие от двучленных имен

Производные формы, разбитые или сокращенные, снабженные различными суффиксами, часто уменьшительно-ласкательными), например: Ратиборек — от Ратибор, Лют — Лютогнев, Пелка — от Святополк, Войтек — от Войцех, Гневко — от Гневомир, Милош — от Мирослав, Брониш — от Бронислав, Лех — от Лехослав, Мешко — от Мечислав, Борис — от Борислав.

Лично я считаю, что от имен такого типа Славянство должно избавиться как от неправильных форм, хотя с этнической точки зрения они значительно правильнее имен, происходящих от христианства и от западной поп-культуры.
Третий тип — простые имена — народные названия в функции собственных личных имен

Хорошим примером имени этого типа является популярное в Сербии имя Вук, скорее всего образованное от известного в Средние века имени Вилчан — властитель Вилетов со значанием «пусть будет как волк, воинственный, хищный, умелый воин». Иные имена этого типа: Квятек («пусть будет как цветущее растение, прекрасный и дородный»), Одолан (от глагола «одолеть»), Шибан (от «шибать», т.е. бить), Кохан, Милаван, Ласота.

Лично я считаю, что эти имена, хотя они и славянские, правильные и интересные, не следует пропагандировать по причине их одночленности, что не придает им славянского характера.

Правовые проблемы

Мои родители — католики, а потому дали мне имя архангела Рафаэля — Рафала в польском звучании. Когда я уже осознал себя настоящим славянином, я решил через обряд инициации изменить имя на старославянское. Я выбрал имя Боромир, что означает «пусть борется с врагом за свой мир». Оно подходит к моей фамилии и соответствует моему характеру. Прежде чем я начал использовать это имя, оно стало моим прозвищем по причине сходства с моей фамилией и персонажем из «Властелина Колец» Толкена, который тогда из Англии завоевал умы молодых людей в Польше. Через несколько лет я захотел официально зарегистрировать новое имя в качестве второго. Каково же было мое удивление, когда в моем заявлении было отказано! В соответствии с законом 50-х годов польскими было признано более десятка славянских имен, перечисленных мной ранее, а также большое число имен гербрайских, немецких и латинских. Таким образом, оказалось, что имея гебрайское имя, я не могу заменить его на славянское, поскольку чиновник заявил, что я его выдумал. А ведь имя это присутствует в списке сербских национальных имен (Milica Cirkovic «Recnik licnich imena kod Srba»). Это значит, что это имя чисто славянское, тем более, что его можно логически и грамматически объяснить. Вышеупомянутый закон позволяет одновременно изменить фамилию, так что благодаря пронемецкой политике польского государства часто встречающуюся фамилию Вильк (сербский Вук) можно заменить на более «нормальную» Вольф. С этой правовой проблемой мы, поляки, должны справиться сами, но мне интересно, как юридический вопрос изменения имени выглядит в других славянских государствах. Для меня спосением оказалось написание на эту тему дипломной работы и нескольких статей в специальных журналах, однако это скорее правовая уловка, чем принцип, который должен обязывать.

Способы спасения двучленных имен

Чтобы сохранить существование двучленных славянских имен как этнокультурного знамени, отличающего нас от представителей иных языковых групп, необходима акция популяризации этих имен в культуре. Для краткости я лишь перечислю эти способы:


  • выбор литературных и артистических псевдонимов в форме двучленных славянских имен, например: писатели Людовит Штур, Збигнев Ненацкий, Барним Рогалица;

  • введение обязательного славянского имени в организациях национальной и славянской направленности;

  • наименование фирм, магазинов, объединений, улиц такими именами (например, известная в Польше колбасная фирма «Доброслава»);

  • пропаганда периода раннего средневековья через археологические экспедиции и исторические заседания, ведь все правители в этот период имели славянские имена;

  • наделение героев книг, стихов, фильмов двучленными славянскими именами;

  • издание календарей со списком славянских имен, притом исключительно правильных.


Одним словом, речь идет от том, чтобы внедрять славянские имена в каждой сфере нашей деятельности: на уровне политики, экономики, культуры, науки. Следует помнить о наших детях, которые вскоре появятся на свет. Подумаем уже сегодня о славянских именах для них! К сожалению, сегодня в связи с юридическими требованиями мы не можем себе позволить давать ребенку имя в возрасте 7 лет. Эти имена мы должны искать в списках славянских имен, исторических источниках, литературе, а также в окружающих нас названиях местностей, например: Владимир в России, Братислава — в Словакии, Литомысль в Чехии, Златибор — в Сербии и в Польше: Водислав, Ратибуж, Мыслибуж, Пшемысль, Ярослав, Держислав, Вроцлав. Можно их также найти в названиях в Болгарии: Боримиров от имени Боромир и в Польше: Лютославский от имени Лютослав.

Я рассчитываю на то, что на очередных всеславянских съездах будет создана специальная комиссия, занимающаяся сбором и каталогизацией двучленных имен, встречающихся во всех странах Славянского мира, с тем чтобы создать открытый банк этих имен, доступный для создания славянских календарей и публикации в различных странах.

Добрыня Филимонов
Озар Ворон
Боромир Боровчак

Примечания:

[1] Баженова А.И. Славян родные имена, М.: Ладога-100, 2006, с. 9.
[2] Баженова А.И. Славян родные имена, М.: Ладога-100, 2006, с. 13.
[3] Как одна из центральных категорий теории этногенеза (науки о законах возникновения и развития самобытных народов-этносов) пассионарность означает энергетическое напряжение общественных систем. Именно люди, обладающие определенными характеристиками («человеческим качеством»), выступают движущим ядром общественных систем и придают им соответствующий вектор развития.
[4] Казаков В.С. Именослов, М.: Русская правда, 2005, 240 с.
[5] там же
[6] Баженова А.И. Славян родные имена, М.: Ладога-100, 2006, с. 10.
[7] Казаков В.С. Именослов, М.: Русская правда, 2005
[8] там же
[9] Казаков В.С. Именослов, М.: Русская правда, 2005
[10] там же
[11] Прозоров Л.Р. Три заметки об именах http://www.perunica.ru/2010/01/17/tri-zametki-ob-imenax.html
[12] Мединский В.Р. О русском рабстве, грязи и «тюрьме народов». – Изд.2. – М.: ОЛМА Медиа Групп, 2008
[13] Мединский В.Р. О русском пьянстве, лени и жестокости. – М.: ОЛМА Медиа Групп, 2008
[14] А.В. Суслова, А.В. Суперанская, О русских именах, Лениздат, 1991.
[15] Прозоров Л.Р. Три заметки об именах http://www.perunica.ru/2010/01/17/tri-zametki-ob-imenax.html
[16] Для полной информации обо всей прекрасной и богатой палитре родных имён и их значениях советую обратиться к славянским именословам А.И.Баженовой (Славян родные имена, М.: Ладога-100, 2006), а также В.С.Казакова (Именослов, М.: Русская правда, 2005).

Featured Posts from This Journal


?

Log in

No account? Create an account