?

Log in

No account? Create an account
Русь Великая

lsvsx


Всё совершенно иначе!

Истина где-то посередине. Так давайте подгребать к ней не теряя достоинства.


Previous Entry Share Next Entry
Волна арийских переселенцев в районе Белого моря: чудь светлая, северного происхождения.
Русь Великая
lsvsx

Продолжение, начало тут

Последнее Валдайское или Вюрмское оледенение в северной Европе в своей восточной части имело очертания примерно такие, как показано на картосхеме слева. В свою максимальную фазу этот ледник занимал всю акваторию Белого и Балтийского морей. Он перехватывал почти все осадки, которые поступали из Атлантики, поэтому в его "тени" в первую половину Валдайского оледенения климат был сухой, а по краю ледника были распространены сухие тундры и лиственичная лесотундра, весьма похожие на современные тундру и лесотундру Якутии.

Зима была малоснежная долгая и холодная, а лето короткое, весьма сухое и теплое. В это время в полосе вдоль края ледника жили охотники на дикого оленя и оленеводы – предки саамов и ненцев. На среднем Урале и в Зауралье обитали таежные охотники и рыболовы – предки современных фино-угров.

А вот на побережье Баренцова и Карского морей сложился этнос морских охотников на моржа, белуху, тюленя и белого медведя. Подобную этническую структуру расселения этносов морских охотников и материковых охотников и оленеводов сегодня можно наблюдать на Северо-Востоке Азии и в Северной Америке.

Утверждение о том, что еще в ледниковый период морские охотники освоили арктические моря Европы, у меня не вызывает никакого сомнения. Эскимосы живут по всему побережью Гренландии и Северной Америки, есть эскимосские поселения даже на северной оконечности Гренландии – земле Пири. Норвежцы тоже имели в Гренландии в X–XI вв. постоянные поселения.

Когда ледник начал интенсивно деградировать, с него потекли мощные потоки воды – ледниковые реки. На картосхеме они изображены голубыми линиями. Вдоль края ледника сформировалось огромное приледниковое озеро (показано голубым цветом). В то время образовались русла ледниковых водотоков на полуострове Канин и на месте теперешней долины Кулоя. В эпоху деградации ледника климат стал более влажный, а лето более холодным, чем в ледниковый период.


Таяние Валдайского ледника спровоцировало миграцию населения на освободившиеся от него земли. Первыми двинулись предки саамов – оленеводы. Привычные им ландшафты стали сдвигаться на север, предки саамов кочевали туда же. С востока их подпирали предки фино-угров – таежные охотники и озерно-речные рыболовы. Они тоже шли вслед за движением привычного им таежного ландшафта. По мере продвижения они поглощали часть саамов, не захотевших уходить на новые земли. О том, что проникновение фино-угров было довольно мирным, говорят названия многих рек, имеющих смысл только на саамском языке. Значит, пришельцы усвоили эти названия и ввели их в свой обиход - приняли их.


А что же с мореходами? Они тоже двигались на запад, осваивая освободившееся от ледника побережье. Одна ветвь их освоила побережье Белого моря, другая ушла на Балтийское море, третья – на Норвежское море, в освободившуюся от льда Скандинавию. В самом начале голоцена Белое море было соединено широким проливом с Балтийским морем. Сегодня следами этого моря являются огромные Ладожское и Онежское озера. Не случайно в летописях эти озера именуются морями. Так что варяги русы Рюрик, Трувор и Синеус были призваны действительно из-за моря, только не Балтийского, а Онежского. Еще 4–5 тыс. лет до новой эры связь Белого моря с Балтийским существовала.


Северо-западная граница ареала вида растений из семейства лилейных – чемерицы белой довольно четко следует границе Валдайского ледника. Отклонение от этой границы имеется только там, где в то время существовал приледниковый водный бассейн. Ледник давно стаял, водный бассейн дренировался, а чемерица еще не успела занять эти земли.

При таком обширном ареале со многими изолированными участками чемерица белая обоснованно считается весьма древним реликтовым видом. Чемерица белая в Восточной Европе "избегает" районов распространения Валдайского ледника и территорий долгое время занятых приледниковыми озерами. Разумеется, надо учесть, что за 7–8 тыс. лет она смогла немного продвинуться на оледеневавшие территории, в частности, на побережье Белого моря и Кольский полуостров. По всей вероятности, самая северная часть Скандинавии и побережье Кольского полуострова от ледника освободились раньше, чем более южные районы Скандинавии и Прибалтики.


Шпицберген. Базальтовые столбы, повернутые в результате подвижек земной коры почти на 90 градусов. Когда-то страшные тектонические процессы ломали, ворочали и воздымали здесь океанское дно. Такие базальтовые дайки образуются в зонах спрединга океанского дна, когда наша планета расширяется и дно растягивается. Жидкая базальтовая магма поднимается по разлому, заполняет его, а остывая, сжимается в объеме и распадается вот на такие столбы. Планета наша живет весьма бурной жизнью.


Лапландия. Зимой здесь выпадает очень много снега, который укрывает не только травы и кустарнички, но и деревья. В таком виде зимуют ели за Полярным кругом. Снег спасает их от мороза и ледяного ветра.

На картосхеме изображена ситуация на севере Европы, которая сложилась в результате деградации Скандинавского ледника примерно 8–9 тыс. лет назад. Белое море уже освободилось от ледника, а котловина Балтийского моря еще оставалась его вместилищем. Вдоль восточного края ледника образовался огромный водный бассейн, который соединялся через Белое море с Баренцовым (закрашен голубым цветом на схеме). На восточный и северный берег этого водоема-моря переселялись с северо-востока мореходы Арктики.

В лесотундре в то время жили предки саамов, которые охотились на диких северных оленей, кочевали вслед за их стадами и постепенно одомашнивали оленей. А в таежную часть Северо-Восточной Европы со среднего Урала и из-за Уралья расселялись таежные охотники и рыболовы – предки фино-угров. Расселяясь, они теснили предков саамов, смешивались с ними. Вероятно, были и военные стычки, о чем сообщает саамский эпос.

Арктические мореходы заселяли не только берега Белого моря. Они проникали и на север Скандинавии, и на юго-запад вдоль побережья приледникового опресненного моря. Здесь они смешивались с саамами и с каким-то близким к саамам аборигенным населением этих мест. От этого смешивания, по всей вероятности, формировался новый этнос – предки чуди белоглазой (карелов, вепсов, эстонцев, финнов). С юга на побережье приледникового опресненного моря тоже мигрировал какой-то архаичный европейский этнос, от смешивания которого с северными мореходами, вероятно, сформировались предки балтов (латышей, ливов, пруссов и др.)


Примерно 5–6 тыс. лет назад Скандинавский ледник занимал только центральную часть полуострова, превратившись в горно-долинное оледенение. Освободилось ложе Балтийского моря, но оно было еще связано с Белым морем и Арктическим бассейном (единым водемом, закрашенным на схеме голубым цветом).

Продолжались миграции людей на освобождавшиеся земли. Саамы оказались на Кольском полуострове и севере Скандинавии, в тундры Северо-Восточной Европы с востока проникали тундровые оленеводы из Азии.

Леса заселили охотники и рыболовы предки фино-угорских этносов.

С юга и юго-востока из лесостепной зоны на юг таежной зоны стали переселяться земледельцы-скотоводы, вероятно, теснимые какими-то другими народами. Земледелие проникло в среду южных фино-угорских этносов: мордвы, мери, муромы. В частности, появились очаги земледелия вокруг озера Неро и в Молого-Шекснинском междуречье, а также в бассейне Оки.

В Беломорье сложился новый этнос морских охотников и рыболовов – предки этноса варяги-русь (биармов). Отсюда мореходы распространялись на юг вдоль восточного берега широкого Беломоро-Балтийского моря, другая их часть занимала территорию теперешней Финляндии, а третья мигрировала на северо-запад – на северное побережье Скандинавии.








Такой представляется мне этническая ситуация на Севере Европы 3–4 тыс. лет назад. Скандинавский ледник стаял почти полностью. Только в центральной части гор сохранялись каровые и небольшие горно-долинные ледники, выползающие к Норвежскому морю (на западный макросклон горного хребта). Прервалась связь Белого и Балтийского морей, отчего на южном берегу Балтийского моря и на юге Скандинавского полуострова стало значительно теплее, но зато похолодало в Беломорье.


Окончательно сформировался этнос арктических мореходов – русь беломорская, а на Кольском полуострове и севере Скандинавии окончательно сложился этнос саамов. Беломорские русы, проникшие на восточное побережье Скандинавского полуострова, трансформировались в шведов, а проникшие на западное побережье стали норвежцами. Но с юга в скандинавию из Западной Европы проникли и кельты. В Балтике тогда происходили бурные этногенетические процессы – смешивались между собой совершенно разные ветви мигрантов.

Азиатские оленеводы дали начало этносу самоедов (ненцев). Таежные охотники и рыболовы, научившись у южных мигрантов земледелию и скотоводству, стали разными группами фино-угорских этносов – чуди белоглазой, чуди темноглазой и чуди южной.

С юго-востока в лесную зону Восточной Европы проникали скифы и сарматы, с юга – киммерийцы (кимры), а несколько позже (1,5–2 тыс. лет назад) с юго-запада – славяне.

В результате таких миграций формировалась этническая "чересполосица", когда разные этносы селились рядом друг с другом. При этом, разумеется, происходили и военные стычки, но преобладало сотрудничество и смешивание разных этносов. Это неплохо подтверждается картосхемами генетического сходства человеческих популяций Европы с популяцией жителей Архангельской области.


По митохондриальной ДНК жители Заволочья не родствены южным русским и ильменским новгородцам, сильно отличаются от белорусов. Но весьма сходны с норвежцами, шведами, датчанами, поляками, болгарами, германцами, северными французами, жителями Великобритании. А ведь митохондриальная ДНК передается только по женской линии. Обратите внимание на то, какая резкая граница по сходству митохондриальной ДНК разделяет популяции европейские и азиатские.

На картосхеме показано сходство популяций людей Европы и западной Азии с популяциями Архангельской области. Родственными архангельцам оказались финны, шведы, эстонцы и исландцы. Очаги генетического сходства имеются на территории Ярославской области, Белоруссии и восточной Польши. Если судить по этой карте, то получается, что Исландию заселили не норвежцы, а беломорские поморы или шведы. Но вот женами у них там оказались не беломорские женщины, и не шведки. Генетическая географическая структура человеческих популяций нисколько не вяжется с историей, которую нам создали летописцы и современные историки.


На восточном берегу Онежского озера, в районе мыса Пери Нос в 2008 г. обнаружили 25 ранее неизвестных неолитических наскальных рисунков – петроглифов. На этом рисунке изображена не лодка, а корабль – лодья, вмещающая 16 человек. Красной краской древний рисунок покрасили, чтобы он был хорошо заметен.


На этом рисунке древний художник увековечил охоту на белуху. На огромной лодке стоят 12 охотников. Зверь уже поражен – гарпун вонзился в его тело, но гарпунный ремень еще в движении, не раскручен до конца. Вот-вот он натянется, и тогда начнется длительный поединок зверя и охотников.

Отлично построенные, длинные боевые корабли норманов имели большой квадратный парус и развивали скорость до 6 км в час и более. Длина кораблей была от 20 до 23 м, при ширине в средней части от 4 до 5 м. Наряду с длинными, пяти-, шестиметровыми веслами (на корабле, найденном в Туне, было 11 пар весел, у гокстадского – 16 пар, а у усебергского – 15 пар) и большим рулем у них имелась мачта для паруса (на Севере ее называли «старухой»). Более древние корабли передвигались только с помощью весел, они паруса не имели.

Корабли с парусом могли плавать не только по ветру, но галсами и против него. Кили древних кораблей делались из стволов деревьев, что придавало судну большую устойчивость. Кроме того, эти корабли имели небольшую осадку, могли приставать к берегу даже в мелководье и подниматься по течению рек. Борта их сшивались из узких гибких планок-досок, связанных со шпангоутами, вследствие чего они были очень эластичны. Такому кораблю не были страшны удары океанских волн. Высокое мастерство строителей обеспечивало великолепные мореходные качества кораблей. Такие корабли могли быть только результатом длительного (не одно-два столетия) развития кораблестроения. В 1893 г. была построена точная копия корабля из Гокстада, и на нем норвежская команда менее чем за месяц в штормовую погоду переплыла Атлантический океан.

Северные мореплаватели в походе ориентировались не только по солнцу и звездам. Во время раскопок в 1948 г. древнего поселения в Гренландии был найден обломок прибора, который считают примитивным пеленгатором: деревянный диск с 32 делениями, расположенными на равных расстояниях по краю, вращался на ручке, продетой через отверстие в центре, и по диску ходила игла, указывавшая курс. В исландских сагах упоминаются «солнечные камни» и «камни-водители» – предки компаса. Во всяком случае, беломорские мореходы и скандинавские викинги не блуждали в бурных водах Северной Атлантики вслепую. Беломорцы свой магнитный компас называли "маточкой". Устроен он был просто: плошка с водой, в ней плавал легкий кусок коры лиственницы, а на этом куске была прикреплена намагниченная игла. Игла поворачивалась в сторону северного магнитного полюса и поворачивала с собой легкий кусок коры. Так что не только китайцы изобрели компас, его знали уже древние северные мореходы.

Северные мореплаватели строили корабли разных типов. Одни из них предназначались для плавания вдоль побережья и в устьях рек и имели более скромный киль. Другие, отличавшиеся большей устойчивостью, смело уходили в Арктику и Атлантику. Длина корабля зависела от размеров киля, а он сооружался из ствола одного дерева


На этой беломорской скале, отполированной ледником, изображена охота на оленей.


А на этом беломорском петроглифе изображены лыжники. Один из них использует для передвижения северного оленя. Нет, он держится не за хвост – у северного оленя нет длинного хвоста. Вероятно, уже тогда предки саамов приручили северных оленей и использовали их для передвижения.

Не только гены северных беломорских мореходов распространились в Скандинавию и на южный берег Балтийского моря, но и традиция рисовать на скалах и камнях рисунки-пиктограммы следовала вместе с ними. Шесть крупных скоплений наскальных изображений обнаружили в Северной Скандинавии, на Белом море, Онежском озере, в местечке Альта в Норвегии, в местечке Астувансалми в Финляндии, местечке Немфорсен в Швеции и в местечке Танум в Швеции. На них изображены: водоплавающая птица, лодки, антропоморфные изображения, символические фигуры, солярные знаки, сцены промысла, олени.


Древние не просто рисовали на скалах. Они с помощью этих рисунков передавали информацию о том, куда ушел корабль, сколько человек в команде, за какой добычей ушли и т.д. По сути, пиктограммы – это самые примитивные иероглифы.


Здесь известны два участка наскальной живописи, содержащие около 2500 изображений.

Члены корабельной команды на наскальных рисунках изображены короткими штрихами. Встречаются мужские фигуры с поднятыми топорами, а также трубящие в рог.


В Норвегии и в Швеции очень распространены изображения лодок. В Бохуслене найдены сотни судов, высеченных на скалах, здесь это самое часто встречающееся изображение.


Наскальные рисунки часто встречаются на Кольском полуострове. Там они найдены в трех местах – на Поное, Канозере и Йоканьге. На этом рисунке художник пытался рассказать нам, как прошла охота на белуху и кита. Похоже, что трех человек они потеряли, – они оказались за бортом. Но ведь в этом озере белухи и киты не водятся... Значит тогда озеро было морским заливом. Аналоги этих рисунков можно найти и в Швеции, Финляндии и Норвегии.


В 1997 г. Юрий Иванов на скалистом острове Канозера во время сплава по реке Умба обнаружил около 1000 наскальных рисунков. Находки датированы концом III тыс. до н. э. и эпохой ранней бронзы (II тыс. до н. э.), некоторые из них, возможно, выбивались саамами и в период средневековья. На канозерских петроглифах представлены сцены морской охоты на кита и белуху, а также охоты на оленей, лодки различных типов. По всей вероятности, в момент создания на островах озера рисунков, изображающих охоту на белух и моржей, уровень Белого моря был выше, и озеро тогда соединялось с морем.

Итак, Заволочье – это огромный край, оставшийся без своей официальной истории. Граждане России, в том числе и жители самого Заволочья, о своей истории знают меньше, чем об истории Древнего Египта и Древнего Рима. Публикуются иногда какие-то нелепые легенды и выдумки летописцев о легендарных новгородцах с Ильменя, о дикой чуди заволочской. Меньше всего сегодняшний русский знает о том, что настоящими норманами были именно русские люди с Белого моря – отважные арктические мореходы. Я думаю, что настала пора разматывать клубок, на который намотана историческая нить Северной Руси – Биармии. Правы А. Леонтьев и М. Леонтьева, доказавшие в своей книге " Биармия: северная колыбель Руси", что названия и "биармы" и "русы" означают одно и то же, только на разных языках – "люди медведя", у которых тотемом был медведь. До сих пор в слове "берлога" звучит корень "бер", а в слове "рус" слышится "урус" или "урс" - тоже медведь. Да иначе как "русскими медведями" нас в европах и не называют.

История Северной Руси – белое пятно. Я не ставлю перед собой цель написать эту историю. Моя цель гораздо скромнее – пробудить интерес русских людей к своей истории и своей земле, показать несостоятельность существующих моделей этой истории. Чтобы написать историю Северной Руси, необходимо по крупинкам собрать информацию на местах, проанализировать ее, критически пересмотреть данные русских летописей, изучить летописи хазарские, булгарские, германские, норвежские, шведские. Здесь широкое поле для краеведов, туристов, учащихся школ и студентов.

А.В. Галанин: «Чудь заволочская»

Featured Posts from This Journal