?

Log in

No account? Create an account
Русь Великая

lsvsx


Всё совершенно иначе!

Истина где-то посередине. Так давайте подгребать к ней не теряя достоинства.


Previous Entry Share Next Entry
Легенда времён ведических: Эльбрус, Бештау и Машук — князья обратившиеся в горы.
Русь Великая
lsvsx

Сказания о Пятигорье

Со времён Русколани дошло немало удивительных и прекрасных сказаний, повествующих о горах Приэльбрусья и Пятигорья: об Эльбрусе, о Большом и Малом Бермамытах, о горах Бештау и Машук и иных близлежащих. И во всех сих сказаниях повествуется о том, как в стародавние времена жили князья (или боги), обратившиеся в эти горы.

Тогда хозяином этих мест был грозный бог-великан Эльбрус. У него была жена или – в других сказаниях – дочь, по имени Машук. Молодой витязь Бештау влюбился в неё, а Эльбрус противился сей любви. И потому Машук сбежала с Бештау. Эльбрус бросился в погоню, пустив по следу псов Большого и Малого Бермамытов. У Подкумка погоня настигла беглецов, была битва, в коей все погибли и обратились в горы.

Исток сей легенды – суть звёздный миф времён ведических. И изначально в нём речь шла о боге Дые, который властвовал над миром, а его чертог полагался на Эльбрусе. Герой Бештау (имя значит «Пять вершин», а также «Бусова гора») – суть воплощение пятиликого Велеса. Машук – это дочь Дыя, лунная богиня Дива.

В «Русских Ведах» сей миф излагается так. Бог Велес враждовал с Дыем и низверг его в Пекло. Но потом Дый поднялся на землю и устроил великий пир в знак примирения с Велесом. Для сего пира закололи огромного быка «в тени коего могли отдыхать сто обычных коров с быками», навезли пива великие бочки. И Велес не смог удержаться, прибыл на этот пир.

На том пиру он и встретил дочь Дыя, «дивную» красавицу Диву, и страстно влюбился в неё. Велес закружил её в танце. Тогда Дый грозно воскликнул, так что по небу прокатился гром: «Между нами Медведь явился! Он погибнет от тяжких ран! Пусть помчатся за ним Собаки по земле и по небосводу!»

Слова эти значили, что в силу вступает звёздный закон. И как за Большой Медведицей по небу мчится созвездие Гончих Псов, так и за Велесом-Медведем, ринутся псы Дыевы. И тут Велес был отравлен «ослиным мозгом», влитым в его чашу, и потом заточён на Чёрном Алатыре.

Важно заметить, что горы в окрестностях Эльбруса носят имена, которые мы можем найти не только на земле, но и на небе. Сам Эльбрус являет собой как бы небесную ось, исходящую из Полярной звезды. И если смотреть от Эльбруса, от легендарного «Храма Солнца», то в ночь на летнее солнцестояние можно видеть над Бермамытами созвездие Гончих Псов, над Бештау – Волопаса (Велеса), над Машуком – Большую Медведицу. Рядом – созвездие Малого Льва, и оно висит над горою Спящий Лев (Развалка), над горою Змейка находится созвездие Змея Тритона.

Подобная звёздная легенда сохранилась и у балкарцев, живущих в окрестностях Эльбруса. Она дана в книге «Нарты. Героический эпос балкарцев и карачаевцев и балкарцев» (М., 1994). Балкарского Велеса зовут Ярюзмеком (или Ёрюзмеком), он носит волшебную волчью шкуру, иногда и сам обращается в Звёздного Волка (звезду Сириус из созвездия Большого Пса). Ёрюзмека также приглашают на пир (той) шайтаны. Они хотят отравить его ослиным мозгом. И балкарский Дый по имени Фуко (Пако) также гневается на гостя, который хочет похитить его дочь, и говорит: «Пусть собаки всегда его будут преследовать!»


В балкарской легенде прямой связи образов нартов и богов с горами Пятигорья нет, это древнейший звёздный миф. А у их соседей, кабардинцев, легенды повествуют именно о великанах, ставших горами.

К тому же кабардинские легенды переносят нас во времена Русколани. И за образами «владетельного князя» Эльбруса, его дочери (или жены) Машук, витязя Бештау – видны лики исторических князей. Возможно, за Эльбрусом Дажень-яр, а за Бештау-Арсланом – Яр Бус, коих теперь непросто узнать, ибо все легенды переосмыслены, в том числе и в недавнее время, и имеют мало общего с историей.

В этих легендах князь Эльбрус живёт в замке из голубого хрусталя и белого мрамора, расположенном на утёсе у озера Тамбукан, что близ Пятигорска. Машук оказывается сестрой князя Казбека, убитого Эльбрусом. И он её берет насильно в жёны.

У князя Эльбруса есть сын – Арслан, который также влюбился в красавицу Машук, увидев её на празднике урожая. Арслан втайне от отца стал дарить Машук самоцветы, осыпал её цветами, а также подарил ей фату, сотканную из туманов.

Но вот враги напали враги на этот край. Арслан, уезжая на войну, надел на палец любимой перстень – талисман с бирюзой. Как-то Эльбрус увидел на пальце Машук тот перстень и взревновал. В гневе он пригрозил жене смертью, отнял перстень и зашвырнул его. Покатился перстень со звоном по ущельям, упал и превратился в Кольцо-гору, что и поныне есть в Кисловодске.

Воротился с войны Арслан и ночью втайне встретился с любимой. И тогда Машук ему сказала: «Давай от грозного отца, от старого мужа моего, убежим туда, в степи, где пшеницу сеют, или ещё дальше, к кочевникам. Возьмём у отца верблюда для кочевья, а на случай, если придётся на земле пахать, захватим с собою и быка». Арслан согласился.

Проснулся Эльбрус, огляделся, а возле него нет молодой жены. Схватил заветный алмазный меч, который назывался «Содрогайся», кинулся в погоню с верными гончими псами, Большим и Малым Бермамытами. И настиг беглецов в долине Подкумка.

И скрестили мечи отец и сын, а Машук отбежала в сторону и укрылась фатою, сотканною из туманов. Арслан ударил старика по седой голове, раскроил её надвое, но великан, собрав последние силы, взмахнул алмазным мечом и рассёк Арслана на пять частей. Рухнул сын-великан, обратился горой Бештау, что значит «пять гор» (в этом имени слышится также Бус-тау, то есть Бусова гора). А шлем, упавший с его головы, стал горою Железной.

И тогда Эльбрус обернулся к Машук и ударил её кинжалом. Отброшенный в сторону клинок стал Кинжал-горою, а на месте удара образовался Провал. И так Машук стала каменеть и обернулась горою. И само имя Арслан (Лев) по велению Эльбруса обернулось горой Спящий Лев (ныне Развалка). Умирает в степи Машук, цепенеет её тело, обращается в камень, а из глаз горячие слёзы льются. Желает Машук подползти к Бештау, надеясь, что её слёзы, её ласки исцелят его смертельные раны, но Лев не пускает. «Ужаль его!» – стала просить Машук проползавшую мимо змею. Но Лев только лапой махнул и отшвырнул гадину. Стала она горой Змейкой. Окаменели также сопровождавшие беглецов Верблюд и Бык, и они также стали горами.


Оба верных пса, Большой и Малый Бермамыты, каменистыми горами встали у ног Эльбруса. Только любовь Машук не умерла. Льются её горячие, горькие слёзы, не иссякает их целебная сила. Может быть, они, как живые воды, исцелят глубокие раны Бештау? А пока они врачуют каждого, кто приблизится к источникам этих слёз… (Пересказ по записям Е. Польской, К.И. Шаленко и др., см. «Кабардинские легенды и сказки». Ставрополь, 1915.)

Приведу также запись легенды о горах Пятигорья из сборника А. Сушилина «Пятигорье» (Пятигорск, 1927) «Рассказ старого горца Измаила Адигей Бека о том, откуда появились горы Эльбрус, Машук и Бештау».

«Давно, эх, как давно, кунак, это случилось… Гор этих не было, кругом были степи безбрежно широкие с изумрудной, сочной травой, и в степях этих паслись бесчисленные табуны князя Эльбруса. Хороши были виноградники у князя, а вино было такое, что довольно было одного стакана, чтобы сердце человека загорелось огнём… Знаешь, чем поливал он виноградные лозы? Сначала кровью льва или тигра, водились они когда-то в здешних краях, потом кровью осла, а когда уже поспевать начал виноград – резал свиней и их кровью поливал свои виноградники. Выпьешь первый стакан – загорится сердце как у льва, выпьешь второй – голова отяжелеет, и можешь ты наделать глупостей, а выпьешь третий – будешь валяться как свинья, где попало!

Кони его были чистокровные, огромные стада баранов паслись в степях, а дома было столько добра, не счесть… И ковры Ирана, и самоцветные каменья из Индии, и пряности из Багдада. А оружие какое было?! Кинжалы, шашки дамасской стали, калёные стрелы из крепкого тонкого бамбука привезли ему из Монголии. Эх, была у него одна шашка. Огонь, не шашка! Ещё прадеду Эльбруса, могущественному Талаат-Беку служила она, и так и передавалась из рода в род. Шашка эта рубила железо, как дерево, и один взмах её перерубал тушу быка. Крепко любил шашку князь и никогда не расставался с нею, и даже, ложась спать с молодой женой, тоненькой красавицей Машук, клал её с правой стороны. Так и спал – между подругой сердца и подругой битв.

Хороши утренние и вечерние зори, чудесные звёзды небесные, но звёзды чёрные глаз девы Машук были ярче ночных светил… Крепко, со всем пылом поздней страсти, любил князь жену и баловал её безмерно. Но не один Эльбрус любил красавицу Машук. Часто приезжал к нему в гости его друг, Бештау-бек. Ах, и красив же был молодой Бештау! Стройный, высокий, с тонкой талией и широкими плечами. Орлиный с горбинкой нос, тёмные бархатные глаза. Часто останавливались на нём глаза Машук, и ярко вспыхивали тогда зарницы на её щеках.

И вот однажды, когда поблекли огни заката, во двор поместья Эльбруса въехал молодой Бештау, возвращавшийся с охоты. Проезжая мимо женской сакли, захотел он взглянуть на дорогое лицо. Ласково встретил Эльбрус охотника, и вот, после ужина, когда ушёл Бештау спать на увитый виноградом балкон, а муж уснул, разметалась в постели прекрасная Машук – душная была ночь. Не может уснуть, тянет её безотчётно на воздух, в тенистый, густой сад с вековыми деревьями… Вот уже идёт она, облитая лунным светом, к обрыву в конце сада, где далеко-далеко, на дне, журчал всегда так задумчиво и нежно холодный ключ… Бештау видел, как из дома вышла Машук, видел, как скрылась она среди густой листвы сада. Как молодой барс, легко и быстро спрыгнул с балкона молодой джигит и бросился в глубину сада по освещённой луной дорожке.

Душная, страшная ночь! Не спится князю… А вот проснулся он, но нет рядом Машук, и не тянется к князю лилейная рука… Вскочил с ложа князь, сразу вспомнил перехваченные за ужином взгляды жены и гостя – и схватил шашку, выскочил на балкон… Никого! Вихрем мчится к обрыву князь, сжимая шашку, и вдруг видит две тени, так близко стоящие друг ко другу! Кровь бешеным потоком залила обезумевший мозг, и удар шашки свалил на землю Машук…

– Опомнись, Эльбрус! – воскликнул Бештау. – Посмотри, ты разрубил её сердце, и – ты взгляни только – не кровь льётся, а голубая чистая вода! Это знак её невинности! О Машук, Машук! Сердце моё разрывается на части от горя!

Как изваяние, стоял побледневший Эльбрус, опустив шашку. И, как гнев природы, вдруг загудела, закачалась земля. Страшное тогда было землетрясение. Земля вздулась от могучих подземных ударов и там, где стоял Эльбрус – появилась огромная гора со снежными вершинами, а вдали – Машук с провалом, на дне которого и сейчас ты увидишь голубую воду – доказательство её невинности, а где упал с разорвавшимся от горя на пять частей сердцем Бештау – стоят пять печальных вершин».


* * *

Приведу также легенду о Бештау – Бусовой горе из «Ярилиной книги», где повествуется о сражении между Бусом Белояром и змеем Каранджелем, произошедшем здесь, на вершине горы у сохранившегося до наших дней т. н. скифского «Храма Солнца».




«Старый, как мир, дракон зла Каранджель, вредивший человеческому роду со времён Ярилы и первого из князей, Яра Старого, увидел его чудесное возрождение в князе Бусе Белояре…

И так созвал он силы зла и открыл им умысел, терзавший его. И… воинство Нави ринулось искать Буса. И нашли его в Белогорье, на утёсе Орлином, укрытом под сенью Пяти гор, и сидевшего там под древом Истины и Жизни.

И надвинулись рати тьмы на Буса Белояра, как бушующее море: и подули сильные ветры, и началась буря, и вздыбились волны. И так разбушевалось и вышло из берегов море зла, и нечисть заполонила горы, и там вода в родниках забурлила серой, в пар обращаясь.

И напали на Буса как бы многие цари с ратями, идущие под стягами с оскаленными чудовищами, с рогами громогласными, и обрушились на него потоки стальные из копий, мечей и секир. И ринулись чудища разных родов… Но как ни распалялись бесы, светлоликий Бус оставался невозмутим, и в устах бесов брань зазвучала как птичий щебет, а летящие в него стрелы и копья обращались лепестками роз, потоки огня из пастей драконов обращались ветерком, свежим и благоуханным, а источники, бурлящие серой, стали целебными.

И… рассеялась тьма, и отступили вороги, и вновь воссияло в небесах над Пятью горами пресветлое Солнце…»
(«Книга Ярилы», Бус 2: 1–14).


Я уже давно, со времени ознакомления со статьёй казачьего историка Е. П. Савельева, знал, что на вершине горы Бештау находится древний храм Солнца, представлявший собой как бы «гигантскую скифскую шапку» на каменных глыбах недалеко от вершины.

И вот в 2007 году я с сыном Ярославом обследовал вершину горы Бештау. Лучший и наиболее интересный путь к вершине и храму Солнца нам показал Стасенко Владимир Дмитриевич, действительный член Русского географического общества из г. Пятигорска, познакомивший нас также и с местной родноверческой общиной «Дети Перуна», которая здесь, в храме, и у подножия горы, часто устраивает праздники.

И вот мы поднялись на вершину и в самом деле обнаружили святилище, кое, по моему разумению, ещё древнее времён скифских. Оно будто волшебством явилось здесь. Как иначе можно представить водружение «скифской шапки», многотонной каменной глыбы, на подставку в теснине над пропастью…

Также мы увидели здесь как бы застывшие в камне иллюстрации к «Ярилиной книге». Замершие окаменевшие чудовища, будто и теперь бегущие прочь от Буса Белояра, молящегося в сём храме…


Александр Асов: «Священные прародины славян»

Featured Posts from This Journal